Тибетский лама

12. Религия и наука

Вопрос:

Что вы думаете о религии?

Ответ:

Боже правый! А я-то думал, что до поры до времени могу закрыть Биб­лию. Впрочем, должен сказать, что являюсь решительным сторонником ре­лигии. Сравнительно недавно я получил письмо от одного студента духовной семинарии. Непростую он мне задал задачу, написав: «В одной и ваших книг вы ссылаетесь на Константинопольский собор, состоявшийся в 60 году. Я не могу найти в Библии ни одного упоминания о нем».

Но Константинопольский собор в 60 году все же состоялся. А в нынешней Библии ни словом не упоминается о нем потому, что церковные власти неод­нократно переписывали ее заново. Даже в наше время в Риме часто проходят совещания, на которых решается, что проповедовать, а что замалчивать, ка­кую религиозную секту признавать, а какую предавать анафеме. Религия пре­терпевает постоянные поправки и изменения. Совершенно очевидно, что ре­лигия в той форме, в какой она была 2000 лет назад, не будет вполне уместной в наши дни. Она должна быть осовременена, чтобы соответствовать требова­ниям сегодняшнего дня. Мой друг-семинарист писал мне в некотором замеша­тельстве, возможно даже в гневе, утверждая, что я ввел его в заблуждение. Я же с огромным удовольствием ответил ему, что виноват здесь не я, а его же духовные наставники. Пусть сам хорошенько пороется в книгах, древних ма­нускриптах и сделает собственные выводы.

Я не пытаюсь изменить ничью религию. Я твердо верую в Бога. Я могу называть его по-иному, чем христианин, иудей или магометанин, но я верую в Бога и совершенно уверен, что религия должна быть на свете. Религия дисцип­линирует разум и дух. Если бы детей больше учили основам религии, не было бы сейчас такого уровня детской преступности.

Я всей душой на стороне религии. Я решительный сторонник ее служите­лей, если только они учат Истине и признают за всяким человеком право иметь свою веру. Некоторое время назад я стал появляться в Европе в одеждах буддийского монаха и как-то переходил улицу к стоянке такси. Тут меня уви­дел священник какой-то секты и чуть не хлопнулся в обморок, словно столк­нулся с самим сатаной! Он несколько раз осенил себя крестным знамением и торопливо засеменил прочь, растеряв последние крохи собственного достоин­ства. Я изумленно смотрел ему вслед. Наивысший для меня закон гласит: поступай с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой. Для меня совершенно не имеет значения, носит ли человек причудливые одежды, хрис­тианский ли он священник или иудейский раввин. Если он добрый человек, я обличье, я буду презирать его либо сожалеть о том, что он не понимает, какой приносит вред. Ибо на пастырях любой религиозной секты лежит огромная ответственность. Люди обращаются к ним в надежде узнать истину и получить помощь.

Многое из того, что проповедует религия — любая религия, не только христианство, — подвергается в ходе истории поправкам в угоду политичес­ким силам того или иного времени либо самого времени. Вспомним еще раз сэра Фрэнсиса Дрейка. В Англии — это один из величайших героев, а в Ис­пании — пират и чудовищный злодей. Где же здесь истина?

Или возьмем пример поближе к нашим дням. Как насчет Графа Шпее? В глазах немцев это был корабль-герой с не менее героическим экипажем, а в глазах англичан и американцев это было пиратский капер, беспощадно топив­ший мирные торговые суда. В конечном счете британцы уничтожили эту гордость германского флота. Кто из них, по-вашему, был прав? Немцы или англичане?

В гитлеровской Германии история была полностью стерта и написана заново. Если взять на веру современные книги по истории России, то все величайшие мировые изобретения и открытия были сделаны именно там. Любопытно, неужели и Генри Форда называли бы в России «Фордским»? Я читал где-то, что русские заявляют, будто именно они изобрели самолет, теле­фон, автомобиль. На самом деле они, похоже, изобрели только слово «Нет» да еще холодную войну. Впрочем, хотя нам и нет дела до политики, я считаю, что опасность исходит от Китая, а не от России.

Поэтому не принимайте на веру все то, что публикуется в печати, а по­больше думайте сами. Если же вам понадобится нечто более мощное, чем сила мысли, и если вы не можете попасть в крупнейшие библиотеки мира, займи­тесь тогда астральными путешествиями. Странствуя в астрале, вы можете свериться с Хрониками Акаши, а уж ими никто не может манипулировать, их никто не может стереть, никто не может скрыть истинное знание. Они откры­ты для всех, кто имеет глаза, чтобы видеть, и уши, чтобы слышать.

У разных религий есть и свои довольно забавные особенности — если не думать о том, что сущность религии заключается лишь в духовной и менталь­ной дисциплине. Одни религии запрещают верующим есть свинину, другие — есть мясо по пятницам. Одна религия требует, чтобы все тело ниже шеи было скрыто одеждой, а лицо оставалось открытым. Другая религия утверждает, что можно ходить нагишом, лишь бы было закрыто лицо.

Я же говорю — поступайте так, как хотите, чтобы другие поступали с вами. Вот это и есть лучшая религия из всех.

Вопрос:

Вы довольно нелестно отзываетесь об ученых, но не считаете ли вы, что только ученые в состоянии нас спасти?

Ответ:

Ну, все зависит от того, кого считать учеными! На мой взгляд, многие так называемые ученые на самом деле являются обычными протирателями штанов. Такие люди, как Ройс из фирмы «Роллс-Ройс», Эдисон и Форд и очень немногие подобные им, — вот они были настоящими учеными. Они не учи­лись в школах, где их мысли направлялись бы по зацементированному, нап­рочь окаменевшему руслу. Иными словами, они не считали то или иное невоз­можным, их не так воспитывали, а потому они брались за дело и совершали невозможные вещи. Многие университеты воспитывают своих студентов в том духе, что если, скажем, чего-то не могут сделать профессор Догсбоди или профессор Кэтсвискерс, то этого не сможет сделать никто. Все это чушь. На мой взгляд, «образованный» ученый представляет собой настоящую опас­ность, ибо «воспитан» в святом убеждении, будто ничто не может быть сдела­но, если этого не сделает он или его коллеги.

Кое-кто полагает, что там, где речь у меня идет о параллельных мирах, я должен был приводить ссылки на Эйнштейна. Но почему, скажите на милость? Могу заверить любого, кому это интересно, что книг об Эйнштейне и его теориях сколько угодно, и рекомендую всем желающим купить соответствую­щие книги, чтобы самим заняться изучением этих теорий.

Эйнштейн занимался теориями. Он строил их на основе имевшихся в то время фактов. Но видите ли, нас не должны вводить в заблуждение очевидные на первый взгляд вещи, ибо очевидное далеко не всегда истинно. Например, один ученый занимался изучением поведения блох и решил, что сможет сопос­тавить психосоматические схемы поведения блох со схемами поведения чело­века, поскольку блохи отлично себя чувствуют, питаясь человеческой кровью. Итак, наш ученый с головой ушел в их изучение. Довольно зудящий процесс, я бы сказал.

В результате огромных усилий и затрат времени он обучил средних разме­ров блоху перепрыгивать через спичечный коробок по команде «Вперед!». Затем, когда блоха вполне освоилась со своей задачей, ученый оторвал две из шести ее лапок. Блоха снова прыгнула и даже смогла повторить прыжок, хотя уже не так успешно, как прежде. Ученый удовлетворенно хмыкнул и оторвал ей еще две лапки. «Вперед!» — скомандовал он. Блоха с большим трудом прыгнула, и ученый одобрительно кивнул. Снова взяв блоху, он оторвал нес­частному созданию две последние лапки. Поскольку теперь блоха осталась без конечностей, ученый мог сколько угодно кричать свое «Вперед!», но она так и сидела на месте. После многочисленных опытов ученый покачал мудрой ста­рой головой и сел писать отчет: «Органы слуха находятся у блохи в конечнос­тях. Потеряв две лапки, она начинает хуже слышать и недостаточно высоко прыгает. Лишившись всех шести лапок, она совершенно глохнет!»

Давайте же не станем уподобляться ученому исследователю блох и не позволим ослепить себя очевидным на первый взгляд вещам. Если бы Эйн­штейн был прав, то не могло бы быть и речи о реальных космических путешес­твиях. Они отнимали бы слишком много времени, ибо Эйнштейн выдвинул теорию о том, что ничто не может перемещаться в пространстве со скоростью, превышающей скорость света, и потому свет далеких планет доходит до нас лишь после многовековых странствий по просторам Вселенной. Так что, если Эйнштейн действительно прав, нам нечего и мечтать о том, чтобы добраться когда-нибудь до далеких планет.

К счастью, Эйнштейн не прав. К счастью, он прав только на основе той информации, которой располагал ко времени создания своей теории.

Представьте себе мир в 18… ну, скажем, в 1863, а не в 1963 году. Итак, мы вернулись в 1863 год. Ученые заявляют нам, что человек никогда не сможет передвигаться со скоростью выше, чем тридцать миль в час, ибо если он будет двигаться быстрее, встречный ветер вырвет воздух из его легких, и он задох­нется. Итак, тридцать миль в час — это максимально возможная для человека скорость.

Ни один летательный аппарат пока еще не взлетел в небеса. Лишь изредка вверх поднимаются шары, наполненные горячим воздухом, и уж будьте увере­ны, что повсюду полным-полно лекторов, ораторов и критиков этой затеи, ибо для того, чтобы удержать шар на достаточной высоте, требуется постоян­ный источник горячего воздуха. И в том же 1863 году нас заверяют, что летательные аппараты абсолютно невозможны.

По мере того как человек развивал в себе все более убийственные склон­ности и создавал все новые орудия войны, становилось очевидным, что он вполне может существовать при скорости, далеко превышающей тридцать и даже шестьдесят миль в час. Когда рабочими Джорджа Стефенсона были проложены первые железные дороги, считалось, что достигнут абсолютный предел скорости. В Англии автомобили даже считались настолько опасными средствами передвижения, что перед едущей автомашиной должен был бе­жать человек и размахивать красным флажком! Но я полагаю, что эти времена ушли в далекое прошлое, и теперь автомобили в Англии ездят несколько быстрее бегущего человека, почти так же быстро, как в Америке.

Еще сравнительно недавно была выдвинута теория о том, что абсолют­ным пределом скорости является скорость звука. Весьма авторитетные ученые уверяли нас, что ни один человек не сможет передвигаться быстрее скорости звука, что это в принципе невозможно. А сейчас выпускаются пассажирские самолеты, летающие гораздо быстрее звука. Военные самолеты постоянно летают на сверхзвуковых скоростях, оставляя за собой лопнувшие оконные стекла и яростные вопли их разгневанных хозяев. К счастью, пилоты летают быстрее звука и не слышат всего этого, пока, совершив посадку, не предстают перед разъяренным командиром, только что получившим информацию о причиненном ущербе.

Итак, мы выяснили, что скорость звука нас не ограничивает, и можно путешествовать гораздо быстрее. А ведь не так давно похожие на Эйнштейна люди утверждали, что человек никогда не сможет превысить скорости звука. Если удалось доказать, что эти люди ошибались в своих предположениях, почему тогда Эйнштейн не может ошибаться со своей теорией о том, что абсолютным пределом скорости является скорость света?

Путешествуя со сверхсветовыми скоростями, люди будут видеть друг дру­га и видеть все перед собой. Единственное различие заключается в том, что изменится цветовая гамма видимых ими предметов. Это будет довольно инте­ресно и, думаю, очень похоже на разглядывание накрашенных женских лиц в свете люминесцентных или натриевых ламп. Все дело в том, что, путешествуя со сверхсветовой скоростью, человек по зрительному восприятию окружаю­щего приближается к ясновидению и все предстает перед ним не в трех, а в четырех измерениях.

Я хотел бы напомнить вам, что говорили великие ученые древности о Земле. А они утверждали, что Земля плоская. Древние мифы тоже гласили, будто Земля плоская, а за краешком этой плоскости таятся грозные демоны. Мой-то личный опыт дает мне основания полагать, что почти все демоны живут на самой Земле, а отнюдь не за ее пределами. В наше время никто всерьез не поверит в то, что Земля плоская. Всем известно, что Земля имеет более или менее округлую форму, и люди даже имели возможность взглянуть на нее со стороны с борта небольшого космического корабля. Таким образом, мы мо­жем сказать, что ученые заблуждались почти во всех своих научных постула­тах. К сожалению, некоторые религиозные лидеры объявили утверждения о том, что Земля круглая, преступлением, достойным смертной кары, и еще не так давно людей за подобные взгляды славно поджаривали на костре. Что ж, ко всем нам рано или поздно приходит смерть. К тому же всегда есть известное утешение в том, что целиком охваченный пламенем человек быстро погибает от удушья. Хотя жертве, привязанной к столбу, от этого вряд ли легче.

Если мы создадим некую научно-техническую теорию с обозначением пределов, в которых нам позволительно действовать, говорить или мыслить, то мы поставим себя в положение локомотива, чье движение ограничено узкой колеей. Пассажиры такого поезда видят лишь то немногое, что находится в непосредственной близости от путей и не могут отклониться в сторону, чтобы осмотреть окрестности.

Те, кто путешествует в автомобиле или даже пешком, видят и узнают гораздо больше. Пешеходы передвигаются медленнее всех, но они лучше и подробнее узнают окружающий мир и, пожалуй, только выигрывают в конеч­ном счете. Те же, кто летит в самолете, передвигаются так быстро и высоко, что вообще ничего не видят. А потому давайте неспешно отправимся по извилис­тому пути, не забавляясь попусту научными теориями великих мужей науки. Им, возможно, нет равных по части математических формул, но они далеко не всегда соответствуют реальным фактам жизни и после-жизни.

Период существования западной цивилизации длится гораздо меньше десятой доли секунды по звездному времени. Если же взять за точку отсчета возраст Земли, то окажется, что человек во всех его формах существования на нашей планете не занимает даже одной минуты из двадцати четырех часов земного века.

Те, кто способен путешествовать в астрале, ясновидцы либо телепаты, в состоянии получить намного лучшее представление о происходящем, ибо эти люди знают, что человек на Земле есть лишь одно из проявлений духа.

Были в свое время и другие формы тела, другие формы физического существования. Физическое тело, в котором человечество живет на Земле, представляет собой лишь продолжительную серию экспериментов с целью определить, какая из форм предоставит духовному телу наилучшую возмож­ность как можно больше, быстрее и легче обрести познание.

Человечество вовсе не является конечной формой развития, не верьте этому. Никакие уверения религии, никакие научные теории не смогут убедить небесный дух в том, что то жалкое, склизкое тело, в котором он до поры обитает, прекраснее сверкающего мотылька, которым он может когда-нибудь стать.

Все это, в сущности, попытка заставить вас задуматься, попытка заставить вас всерьез испытать свои силы в астральных путешествиях и ясновидении. Если люди станут все подвергать анализу и пытаться во всем найти недостатки, не разобравшись в сути явления, то они лишь сведут на нет собственное развитие. Наш разум всегда должен быть раскрыт, мы всегда должны быть готовы к восприятию. Мы должны хорошо знать, что говорим, и никогда не заявлять: «О, это все неправильно, Эйнштейн так не говорил». Эйнштейн или люди вроде него утверждали, что Земля плоская. Эйнштейн или люди вроде него утверждали, что человек никогда не превысит скорости звука. Однако мы это делаем, как вам известно, по крайней мере, делают некоторые из нас. А другие путешествуют со сверхсветовой скоростью. Те же астральные путешес­твия совершаются намного быстрее. Перемещаясь в астральном мире, мы проносимся практически мгновенно. Впрочем, мне нет нужды рассказывать вам об этом. Если ваш разум будет открыт, то вместо разрушительной критики вы попытаетесь воспринять это конструктивно и тогда поймете, что в астраль­ных путешествиях нет ничего сложного.

Помните также, что примерно каждые 2000 лет на Землю приходит новый Мессия, Спаситель или Духовный Лидер мира. Это повторяется из цикла в цикл, то есть вечно.

Вот мы и добрались до конца очередной книги, до двенадцатой главы, написанной в двенадцатый час цикла Кали. Да поможет вам в пути написанное мною. И в качестве заключения к моим заметкам о религии, да позволено мне будет добавить, что вы вполне можете доверять тому, что я написал, ибо все, что написано в моих книгах, сущая правда!

По любезному разрешению издательства