Тибетский лама

Тайна пещер

Пока мы спускались по казавшемуся бесконечным туннелю, Мингьяр Дондуп рассказывал мне о мужественных героях древности, случайно или же намеренно забредавших в эти края, а также о богах и полубогах, обитавших здесь на правах стражей. Встреча с любым из сих мистичес­ких существ грозила незваному пришельцу неминуемой гибелью.

Я давно потерял счет времени. Ни таинственное свечение в туннеле, ни он сам не менялись. По нему можно было пройти хоть сотни кило­метров, хоть несколько шагов — разница, если бы не собственная уста­лость, была бы неощутимой.

Благодаря свечению и особой чистоте воздуха видимость впереди и сзади была исключительной. Лишь едва заметный, ведущий вниз изгиб туннеля ограничивал видимую перспективу, служа подобием горизонта.

Затем, с какого-то момента цвет свечения впереди сначала неулови­мо, а потом все отчетливее стал изменяться. Вскоре я понял причину этого явления: наш туннель пересекался с другой штольней. В течение долгих часов монотонного движения мои органы чувств отмечали ма­лейшие различия в освещении и текстуре поверхностей туннеля. И вдруг они испытали настоящий шок от дикости форм и хаоса цвето­вой гаммы. Кто бы ни строил открывшуюся моему взору штольню, их технология явно была иной, чем у создателей стекловидного туннеля!

«Вот и наш первый привал, — радостно сказал мой учитель, — мож­но немного отдохнуть».

Пересекавшая наш путь штольня казалась огромной, уходящей в не­зримую даль дырой — столь грубо (словно долотом и молотком невооб­разимых размеров) она была сработана. Ясно было лишь одно: человеку такое не под силу даже сегодня.

«Дальше одним идти нельзя, — сказал лама, — слишком опасно. Подождем здесь, а заодно и отдохнем. Вскоре к нам присоединится некто, кому эти места знакомы лучше, чем нам».

Мы присели. Нам вроде бы незачем было разводить костер — ни для обогрева (воздух все это время оставался приемлемо теплым), ни для освещения. Впрочем, огонь все же был необходим — для чая. Предпри­нять такой долгий переход и не подкрепиться на привале чашкой горя­чего, бодрящего чая казалось варварством.

Прежде чем я успел спросить мастера, как мы это осуществим, он наполнил котелок водой, поставил его у стенки стекловидного туннеля. Уже через пару секунд вода в котелке вовсю кипела.

Как это произошло?! Я неоднократно касался стен туннеля, — они были холодными. И вдруг помогли вскипятить полный котелок воды. Выходило, будто туннель знал о нуждах тех, кто по нему путешествовал и откликался. Это превосходило всякое мое разумение, такому в школе нас не учили (забегая вперед, скажу, что вскоре я свыкся с тем, что подобные чудеса встречаются в здешних краях сплошь и рядом).

Мы выпили чаю и подкрепились парой лепешек. Потом Мингьяр сказал: «Мне известно, что есть люди, живущие вблизи земной поверх­ности. Некоторые из них были частью расы, ушедшей в недра перед последним ледниковым периодом. Другие обитали здесь еще раньше. Они не смогли взять с собой свои знания и технологии и потому были вынуждены жить в дикости. Многие их потомки деградировали и при­обрели звероподобный облик, мало схожий с человеческим. Они стали нападать друг на друга, а иногда и на людей с поверхности — ради еды и просто для забавы. Жалкие создания, цель жизни которых — лишь сытый желудок да плотские утехи. Потерянные души».

«А не они ли названы в мифах и преданиях демонами, выходящими из подземелий на свет божий, дабы изводить и мучить людей и насме­хаться над самим Творцом?»

«У каждого предания есть свое начало, Лобсанг, — согласился мас­тер. — Но я думаю, тебя немного утомила наша прогулка. Ляжем спать, а завтра отправимся дальше вглубь».

«Немного утомила… прогулка…» — чувство юмора у Мингьяра Дондупа было всегда на высоте. Я устал так, словно одолел полпути к зем­ному ядру! Мы постелили свои коврики и улеглись. Довольно скоро, несмотря на мои опасения по поводу ночевки в столь странном месте, дремота смежила мне веки и я крепко уснул.

Страшный сон