Тибетский лама

Мой визит на Венеру

Предисловие

Посвящается всему человечеству

В 1956 году лондонские издатели Сикер и Уорбург выпустили в свет то, что они считали очень хорошей оккультной книгой. Но ни они, ни нью-йоркское издательство «Doubleday» не могли предвидеть того, что эта книга привлечет столь пристальное внимание обеих наций и будет считать­ся самой захватывающей из книг, повествующих о Тибете.

Книга была автобиографической, и в ней описывалась история тибет­ского монаха, его становление как Ламы и обретение им оккультного дара, давшего название этой книге. «Третий глаз» Лобсанга Рампы — это не только рассказ о его посвящениях и тибетских монастырях, но и захваты­вающая история о мирной жизни Тибета.

Мы прочли эту книгу от корки до корки за одну ночь, от нее невоз­можно оторваться. Но мы не переставали удивляться тому, как человек Востока может так живо выражать свои мысли на английском.

Причина этого феномена скоро выяснилась из-за скандала, разразив­шегося в Лондоне вокруг этой книги. Некие «знатоки Тибета» публично выразили сомнение в подлинности самого Рампы, заявив, что он не тибе­тец и вообще никогда в Тибете не был.

Тогда тайна была раскрыта самим Лобсангом Рампой. Да, он никогда не был в Тибете в своем настоящем облике. Но дух тибетского монаха вошел в его тело при необычайных обстоятельствах. В ответе своим оппо­нентам Рампа заявил:

Третий глаз — это абсолютная правда, и все, что я написал в этой книге, основано на факте. Я, тибетский лама, занимаю сейчас тело, принадлежавшее изначально человеку Запада. И сейчас я занимаю это тело единолично, так как его прежний владелец полностью ис­чез. Он покинул свое тело добровольно и с готовностью распрощал­ся со своей земной жизнью, вняв моим настойчивым убеждениям.

Замена произошла 13 июня 1949 года, но подготовка к этому нача­лась ранее. Я знал, что несу определенную миссию и что мне необходимо прибыть в Англию по ряду причин» связанных с ее выпол­нением. Во второй половине 1947 года я смог послать некоторые сообщения подходящему человеку посредством телепатии. В фев­рале 1948 года он изменил свое имя, назвавшись Дидом Поллом. Чтобы произвести телесную замену более успешно, он несколько раз менял адрес и прервал все отношения с друзьями и близкими. 13 июня 1949 года незначительное происшествие, приведшее к сотря­сению мозга, «вытряхнуло его из себя» и позволило мне войти в его тело.

Я упорно пытался найти работу в Англии, но по ряду причин биржа по трудоустройству не оказала мне никакой помощи. Несколько лет я регулярно посещал биржу и бюро по трудоустройству на Тэвисток Сквер в Лондоне. Я также связался с многочисленными агентами по найму и платил им причитающиеся деньги, но не один из них так ничего и не сделал для меня.

Некоторое время я жил на деньги, которые мне удалось отложить прежде, и пробавлялся кое-какой литературной работой. Я знал, что должен выполнить особую миссию, так как во время своей жизни в Тибете я посетил нагорье Чан-Тан, где мне показали приспособление, дающее возможность увидеть человеческую ауру. Сам я ясновидящий и могу видеть ауру, что я неоднократно демон­стрировал многим людям. Но я знаю, что если бы врачи обладали такой возможностью, то они смогли бы узнавать о болезни на ран­них этапах и вовремя помогать больному. Я не мог попасть в Англию в своем прежнем облике. Делал попытки, но не преуспел.

Аура — это просто свечение, исходящее из тела, — разряд жизнен­ной энергии. Она аналогична свечению проводов высокого напря­жения, которое почти каждый из вас видел туманной ночью. Иссле­дование ауры требует материальных затрат, но когда исследования принесут плоды, медицина обретет могучее орудие для лечения бо­лезней. Мне нужны были деньги, чтобы самому заняться исследова­ниями, но я никогда не брал денег, помогая людям исцелиться или снимая ношу забот с их плеч, как это утверждалось в какой-то статейке!

Как же все-таки появилась книга Третий глаз? Я не собирался писать ее, но я отчаялся найти работу, которая давала бы мне деньги для осуществления возложенной на меня миссии. Я беспрерывно, но тщетно искал работу, пока один из моих друзей не предложил поз­накомить меня с джентльменом, которому, возможно, понадобятся мои услуги. Господин Брукс сказал, что я должен написать книгу. Я отказался наотрез, и с этим мы распрощались. Через некоторое время господин Брукс написал мне письмо, в кото­ром настаивал на своем предложении о книге. В период между моей встречей с ним и получением письма я беседовал с несколькими потенциальными работодателями, но мои услуги были вновь отвер­гнуты. С большой неохотой я согласился с предложением господина Брукса и написал эту книгу, и я снова повторяю, что все написанное в ней — правда.

Все написанное в моей второй книге, Доктор из Лхасы, также правда. Стоит ли безоговорочно верить «экспертам» или «знатокам Тибета», когда «эксперты» так явно противоречат друг другу, когда они не могут прийти к соглашению в вопросе, что есть истина, а что есть ложь? И, кроме того, многие ли «знатоки Тибета» могут похвастать­ся тем, что пришли в ламаистский монастырь в семилетнем возрас­те, были всю жизнь тибетцами, а затем вошли в тело европейца? Я ЖЕ — МОГУ».

Что же можно сказать о том человеке, в чье тело переселился Рампа? Какова была его прежняя жизнь? Вот что рассказывает его жена:

«Многие интересуются человеком, чье тело занял тибетец, и я, как его жена, с готовностью расскажу о событиях, приведших к этому изменению личности.

Первые признаки перемен, мягко говоря, были несколько неожи­данными. Мы вели тихую незаметную жизнь в Суррее, мой муж работал в колледже в должности консультанта. Прошло уже два года после окончания войны. И вот в конце 1947 года мой муж поразил меня вдруг ни с того, ни с сего, заявив: «Я собираюсь изменить имя». Я посмотрела на него со страхом, так как не видела никакого объяс­нения такому поступку. Ему нечего было скрывать, ни от кого не следовало убегать. Для того чтобы прийти в себя, мне потребовалось время. А он продолжал: «Да, теперь наше имя будет Дид Полл»*. К февралю 1948 года все необходимые формальности были завер­шены, и мы больше не имели прав на свои прежние имена. Началь­ник моего мужа не выразил по этому поводу восторга, но ничего не смог сделать, тем более что в это время один из директоров фирмы изменил свое имя.

Безусловно, все думали, что мы сошли с ума, но это не беспокоило меня. Я прожила со своим мужем восемь лет и знала, что если он решился на что-то, то на это есть веская причина. Вскоре мы заме­тили, что люди не произносят нашего имени, обращаясь к нам, и, даже увидев его написанным, они не могут правильно повторить его. По этой причине мы сократили свое новое имя. Я хочу подчер­кнуть этот факт, чтобы стало ясно, что мы никогда не пользовались вымышленными именами, в чем нас обвинили впоследствии. В это время мои муж часто говорил о Востоке и иногда носил восточные одежды. Его очень занимал Восток, иногда он впадал в транс и начинал говорить на неизвестном мне языке, который был языком Тибета, как я поняла сейчас. В июле 1949 года он принял неожиданное решение — бросить свою работу! Его начальник был крайне поражен, так как всегда считал моего мужа очень ценным и добросовестным работником.

Идея состояла в том, что таким образом мы сможем изменить место жительства и прервать все связи с прошлым, что мы и сделали. За год мы полностью распрощались со своими старыми знакомыми и прошлой жизнью. Нам приходилось жить на то, что удалось ско­пить прежде, и на случайные литературные подработки мужа. Я никогда не забуду тот день, когда, выглянув из окна кухни, я увидела своего мужа лежащим без сознания под деревом. Я броси­лась к нему. Муж начал приходить в себя, но наметанным глазом медицинской сестры я заметила, что он еще оглушен. Через непро­должительное время к мужу окончательно вернулось сознание, но его поведение изменилось необъяснимым образом.

Когда мы вошли в дом и расположились для отдыха, первым моим побуждением было вызвать врача. Я не советовалась с ним, но муж, казалось, узнал о моей тревоге и уговорил меня не делать этого, сказав, что с ним все в порядке. Речь его явно изменилась, она стала прерывистой, словно он с трудом подыскивал слова незнакомого языка, и голос его стал более глубоким.

Однако тревоги мои на этом не закончились, так как ЧТО-ТО все же явно случилось с его памятью. Он обдумывал каждое свое слово и рассчитывал каждое движение. Гораздо позже я узнала, что он все время «обращался к моей памяти», чтобы понять, чего от него ожидают. Я признаюсь, что вначале все это внушало мне беспокойс­тво, но сейчас кажется совершенно нормальным. Единственное, чему я не перестаю удивляться, — как такая заурядная личность, как я, стала участницей столь замечательного события — прихода тибет­ского Ламы в западный мир».

* В Англии жена принимает как фамилию, так и имя мужа. Жена Рампы должна называться «миссис Лобсанг Рампа». — Прим. персе.

И хотя так называемые «знатоки Тибета» завладели большинством опубликованных книг Лобсанга Рампы, среди них нашлись и те, кто не чувствовал себя таким уж «знатоком». Вот письмо, которое получал Грэй Баркер от буддиста после объявления о том, что он собирается опублико­вать вторую книгу Рампы в Соединенных Штатах и поднять полемику в прессе по этому вопросу.

«Дорогой господин Баркер!

Прочтя ваши комментарии к Третьему глазу Лобсанга Рампы, я поспешил прибавить к ним и свои. В 1957 году я писал критическую статью об этой книге для ежеквартального журнала «North Indian Buddist Quarterly», уделяя особое внимание теологическим и фило­софским материалам, содержащимся в тексте. Во время написания статьи я, как и многие другие, старался найти неточности в поданной информации. Я знал, что некоторые описания одежды не соответс­твуют сообщениям антропологических экспедиций. Я также должен признаться в собственном невежестве, так как не представлял себе, насколько тибетская религия расходится с орто­доксальным буддизмом, и был шокирован еретическими (с точки зрения арийской доктрины) взглядами человека, называющего себя монахом.

Вообразите же мое изумление, когда я получил письмо от тибетско­го фунги (phoongy), в котором он очень хвалил краткое изложение дбу-чаньской (dbu-chan) теологии, содержащейся в моей статье. «Изложение» же это целиком состояло из парафраз книги Лобсанга Рампы.

Но самым главным камнем преткновения оставался вопрос о дис­циплине в странствующих общинах тибетских монахов. Западные корреспонденты и индийские обозреватели твердили в один голос, что Рампа ошибался. Но тибетцы написали мне письмо, в котором жаловались на то, что Рампа разгласил секретное знание, которым владеют только тайные школы их страны, а их «единокровный брат, пребывающий в физическом или эфирном облике в дальних стра­нах неразумно доверил бумаге тайну, и она станет достоянием непосвященных».

Искренне Ваш, Ганеша Махагуру,

at Bodhi Sangha Sat America

New York, N.Y.

Но люди продолжают верить в Рампу даже после того, как им «откры­ли глаза» так называемые «знатоки Тибета». Его книги раскупаются.

В своих следующих книгах Рампа повествует о том, что ему довелось пережить после периода, описанного в Третьем глазе. В некоторых из них изложены практические оккультные техники, которые могут пригодиться обычному человеку.

В своих книгах Рампа никогда не касался вопроса о Летающих Тарел­ках, безусловно опасаясь того, что этим рассказам читатель может не поверить. Некоторые рукописи, в том числе и эта книга, были отпечатаны кустарным способом и распространялись в узких кругах.

Общественный интерес к феномену НЛО проявился гораздо позже этих публикаций. И нам кажется, что наступило время объединить труды Рампы о летающих тарелках и издать их отдельной книгой, чтобы чита­тель смог узнать об этих необычайных переживаниях.

И вот, эта тоненькая книжка готова увидеть свет. Мы уже сейчас можем предсказать ее успех. Это первое издание обязательно станет гор­достью домашней библиотеки любого коллекционера книг — новенькая книга, которую вы держите в руках, скоро будет зачитана до дыр и доста­вит большое удовольствие как ее владельцу, так и его друзьям!

Издатель

Часть 1. Обитель Богов