Тибетский лама

Глава 10

Итак, неделя подошла к концу, как это бывает со всеми неделями. Старый Писатель облегченно вздохнул при мысли, что сегодня не должно быть почты, поскольку по субботам в Монреале почту не разносят. Поэтому в то время, когда высокооплачиваемые почтальоны отдыхали в загородных домиках или рыбачили на своих лодках, Старый Писатель вернулся в постель и принялся раздраженно обдумывать те вопросы, на которые все еще предстояло найти ответы. Так время от времени возникал такой вопрос:

—Для меня важнее всего знать, куда я иду. Когда человек рождается, вы говорите что-то вроде того, что ребенку дает рождение мать, но Серебряная Нить остается прикрепленной к нему. Вы утверждаете, что Высшее Я представляет собой девять десятых подсознательного, или, скажем так, закулисную часть Человека. Прекрасно, и коль скоро это так, обратимся к человеку. С самого начала он ограничен своей одной десятой и, таким образом, большую часть жизни бегает по кругу в потемках. Человек умирает — он выполнил свои обязан­ности перед Высшим Я, — Серебряная Нить рвется и он остается предоставленным самому себе. ЧЕМ ВЫСШЕЕ Я ВОЗНАГРАЖДА­ЕТ ЕГО ЗА ТРУДЫ?

Ну хорошо, давайте поговорим об этом. Да, на этот вопрос можно ответить. Но вы должны помнить, что Высшее Я — это настоящий вы, и оно — говоря земными словами — слепо, глухо и неподвижно, но, разуме­ется, только если говорить об этой низменной Земле. Высшее Я хочет знать, что представляют собой вещи на этой Земле, ему нужна быстрота ощущений, потому что в том мире, где оно обычно живет, скорость изме­нения вещей такова, что дню соответствует тысячелетие или что-то вроде. Именно поэтому в одном из христианских гимнов говорится о том, что тысячелетие есть миг. Но как бы там ни было, Высшее Я может быть уподоблено человеческому мозгу. Оно побуждает человека, а то и не одно­го, совершать определенные поступки и переживать определенные вещи, и все ощущения возвращаются в «мозг» — Высшее Я, которое затем само испытывает от этих ощущений страдание или наслаждение.

Как вы знаете, мы испытываем трудности от того, что имеем на этой Земле дело всего лишь с тремя измерениями и пользуемся всего лишь трехмерными терминами; как же мы можем овладеть категориями, требу­ющими, например, девяти измерений?

Вы спрашиваете, чем Высшее Я вознаграждает человека за все его труды, но здесь уместно ответить вопросом на вопрос: чем вы вознаграж­даете свои пальцы за то, что они поворачивают дверную ручку и открыва­ют вам двери? Чем вы платите своим ногам за то, что они переносят вас в соседнюю комнату, в автомобиль или поднимают вас по лестнице? Каким образом вы расплачиваетесь со своими глазами за то, что они посылают в ваш мозг столь прекрасные картины? Помните: если «вы» — это мозг и зависимы от рук и ног, носа и глаз, то эти органы в своем существовании зависимы от вас. Не будь вас, не было бы ни этих рук, ни ног, ни носа, ни глаз. Это абсолютно коллективное взаимодействие.

Когда ваши пальцы помогают прикурить сигарету, они не наслажда­ются табачным дымом; возможно, это делает другая часть «вас», но как бы там ни было, ваши прочие органы не говорят пальцам по этому поводу слов благодарности и не делают им дорогих подарков. Но пусть даже вы захотели бы вознаградить свои пальцы, как бы вы сделали это? Что вы можете дать пальцам такое, что доставило бы им удовольствие и стало бы для них адекватным вознаграждением? И если настоящий «вы» — это мозг, то что может зависимый от пальцев мозг предпринять с тем, чтобы вознаградить их? Быть может, вы заставите левую руку сделать подарок правой, а правую — преподнести ответный дар левой?

Всегда помните о том, что направлением своей деятельности пальцы обязаны мозгу, они обязаны «вам». Поэтому бессмысленно говорить о вознаграждении, ведь точно так же, как пальцы являются частями целос­тного организма, вы — лишь часть организма, образуемого продолжения­ми Высшего Я. На этой Земле вы являетесь лишь ответвлением, подобно тому как, просунув руку в окно, вы можете ощущать вещи в комнате, куда не проникает ваш взгляд. Итак, если говорить о вас, то вы действуете ради себя самого. Все, что вы делаете, идет на пользу вашему Высшему Я и, таким образом, на пользу вам, ибо вы — это та же сущность, или же ее часть.

Тот же любопытствующий задал еще один правомерный вопрос:

— Если вышеупомянутого человека ожидает перевоплощение, то возвратится ли он к прежнему Высшему Я или обретет новое? Явля­ется ли он разновидностью или неотъемлемой частью Высшего Я? Происходит ли дело так, что человек вдруг оказывается наделен другими девятью десятыми своего сознания, или как-либо иначе?

Ответить на это можно так. Ваш вопрос, по сути, сводится к следую­щему: предоставляет ли Высшее Я то же тело или ту же душу? Предполо­жим, что вы поранили руку. Вы же не получите новую, не так ли? Рука или, скорее, рана, заживает поскольку является частью вас, поскольку ваш мозг дает ей команду на заживление, которое происходит посредством процесса соединения. Люди — существа целостные, так и ваше Высшее Я может обратить свои ответвления к Земле; ответвления же эти — люди — предс­тавляют собой что-то вроде щупалец осьминога: отрежьте такое щупаль­це, и оно вновь отрастет.

Ой-ой-ой! Какая путаница царит в отношении этого Высшего Я! Пре­дыдущие главы этой книги должны были в какой-то мере прояснить дан­ный вопрос, но для того, чтобы пролить на него еще больше света, давайте представим себе большое существо, обладающее способностями, нам пока непонятными. Это существо способно мыслить и с помощью мысли пере­мещать свои отростки — назовем их псевдоподиями, — куда ему вздума­ется. Так и наше Высшее Я способно, оставаясь в одном месте, направлять свои ответвления прочь от основного тела, но сохранять при этом с ними связь; ответвления же эти заканчиваются узлами осознания, которые мо­гут воспринимать вещи посредством осязания, зрения. Такие узлы явля­ются лишь приемниками, настроенными на различные частоты.

Все представляет собой энергетические вибрации. Нет ничего, кроме вибраций. Если предмет кажется нам стационарным, это значит лишь, что он вибрирует с одной определенной частотой. Если он движется — значит, он вибрирует быстрее. И даже если вещь мертва, она все равно совершает колебания, которые прекращаются лишь тогда, когда тело распадается на несколько отдельных вибраций.

Мы воспринимаем вещь независимо от того, неподвижна она или движется. Мы осязаем и ощущаем ее, потому что она совершает опреде­ленные колебания, которые могут быть восприняты и интерпретированы одним из наших узлов, настроенных на соответствующую частоту; иными словами, мы чувствительны в смысле осязания.

Другая же вещь вибрирует гораздо быстрее. Мы не можем осязать ее с помощью пальцев, но наше ухо улавливает ее колебания, и мы называем их звуком. Скорость их такова, что их воспринимает наш более высокочас­тотный узел, интерпретируя как высокий, средний или низкий звук.

Кроме того, существуют колебания и гораздо более высоких частот: мы не можем ни осязать их, ни слышать, но еще более чувствительные узлы, называемые глазами, способны воспринимать такие колебания и особым образом посылать их в наш мозг, так что мы получаем изображе­ние вещи.

Практически то же мы видим и в радиотехнике. Можно слушать передачи на длинных волнах, представляющих собой довольно медленные колебания с низкими частотами, или же перестроиться на короткие волны, где колебания совершаются гораздо быстрее, и длинноволновый прием­ник не способен их уловить. Также можно еще выше подняться по шкале частот, перейдя в диапазон частотной модуляции или УКВ, где передается телевизионное изображение. Телевизионный приемник не может прини­мать длинные и короткие волны, равно как и длинно- и коротковолновые приемники не могут принимать телевизионное изображение. Вот взятая из повседневной жизни иллюстрация того, каким образом мы можем использовать свои ответвления для восприятия конкретных частот. По­добным же образом Высшее Я использует свои узлы-псевдоподии — лю­дей — для сбора интересующей его информации.

Ужасная мысль, способная, приди она к вам перед сном, заставить вас содрогнуться: мы видели, что люди делают для того, чтобы иметь возмож­ность принимать радиопередачи в длинноволновом и коротковолновом диапазонах. Допустим, что Высшее Я считает эту Землю только длинно­волновой, но оно ведь может выставить и более высокочастотные псевдо­подии, правда? Вот временами вас и мучают ночные кошмары, когда кана­лы старого доброго Высшего Я перемыкаются и вам являются большегла­зые монстры и тому подобное. Да, бывает, знаете ли, и так.

Писатель взял в руки очередное письмо и вздрогнул. В комнате не было зеркал, но будь там хоть одно, оно показало бы, как он побледнел, как он страшно побледнел. Но из-за чего же? А что бы сказали вы по поводу такого вот вопроса:

— Хочу спросить вас вот о чем: если кукла может войти в мужское либо женское тело в зависимости от того, чему она хочет научиться, то почему мы всегда принимаем как данность то, что существо, бывшее Далай Ламой, в каждом воплощении является мужчиной? Несомненно, даже этому существу необходимо изменяться, если его цель — понимание вещей вообще, а не только с мужской точки зрения. Да и почему женщина не может достичь духовных высот в качестве ламы? Откуда такая дискриминация в Тибете, где, как я понимаю, мужчины и женщины равны (по крайней мере, были до прихода китайцев)?

И вновь на вопрос можно частично ответить вопросом. Уместно спросить: где и когда в истории Верховным Божеством была женщина? Можете ли вы, мои читатели, привести хоть один пример, когда женщина была Высшим Богом? Да, бывали богини, но они были «подчиненными» по отношению к богам. Согласно тибетским верованиям, Далай Лама был Богом на Земле, а Богини в этом качестве явно недостаточно. Он прини­мает вид мужчины, потому что этого требуют его обязанности. Но почему вы думаете, что Высшее Я Далай Ламы не обладает где-то еще также и женскими куклами, познающими другие вещи? Конечно же, обладает. Разумеется, им было многое познано также и с женской точки зрения.

Тот самый Писатель, о котором идет речь, обладает стойкими преду­беждениями относительно некоторых вещей. Одно из них связано со сла­боумной прессой, а другое — с так называемым Движением за освобожде­ние женщин. Этот самый Писатель прочно уверен в том, что женщины выполняют в жизни очень важную работу, взращивая подрастающее поколение. Если женщины всего лишь перестанут обезьянничать, слепо ко­пируя мужчин, — а они определенно пытаются делать это, в частности пытаются носить брюки, забывая о том, что их фигура не подходит для этого, — мир станет гораздо лучше.

Этот самый Писатель уверен, что большинством своих несчастий мир обязан тому, что женщины стремятся к «освобождению», как они это ошибочно именуют, вместо того чтобы взять на себя обязанности мате­рей. Они говорят, что хотят равенства, но разве они ущемлены? Кто важ­нее — собака или лошадь? Они разные создания. Мужчина и женщина — разные создания. Мужчина, скажем так, никогда никого не породил без помощи женщины, женщина же может дать жизнь без помощи мужчины путем партеногенеза. Так почему бы Движению за освобождение женщин не гордиться этим?

Какое доказательство равенства или даже превосходства может быть лучше того, что на женщин возложена обязанность порождать и растить новое поколение людей? Мужское участие в этом деле занимает лишь несколько минут, женщина же должна растить детей до тех пор, пока они не смогут стоять на собственных ногах, и то, как женщина воспитает их, тот пример, который она им подаст, определит, каким станет будущий народ. Но сегодня женщины стремятся уйти на фабрику, получив там возможность посплетничать, они хотят быть кем угодно, только бы не выполнять обязанности, к которым так хорошо приспособлены Приро­дой. Освобождение женщин? По-моему, организаторам Движения за ос­вобождение женщин следовало бы надавать пониже спины — и как сле­дует!

Далее был задан вопрос, почему женщины не могут подняться до высот Ламаизма. Потому что женщины иррациональны, потому что они не способны ясно мыслить — вот почему. Потому что женщины позволяют своим эмоциям брать верх над разумом — вот почему. Если только женщины перестанут быть такими глупыми и обратятся к своим обязан­ностям, весь мир, вся Вселенная станет лучше.

На женщин возложена важнейшая задача, она состоит в том, чтобы оставаться дома, управлять домом и подавать пример для подражания будущим поколениям. Не достаточно ли женщинам этой задачи?

Еще один вопрос: какими курительными благовониями лучше пользоваться?

На это невозможно дать четкий ответ, поскольку это всеравно что спросить: какую одежду лучше носить? какую пищу лучше употреблять? Нельзя сказать, что лучше, пока не отдаешь себе отчета в том, для чего это нужно. Но чтобы не отказывать в ответе полностью, позволим себе неко­торые замечания. Вам следует попробовать благовония различных сортов и решить, какой из них лучше для вас, когда вы умиротворены, или же раздражены, или собираетесь медитировать. Решите, что лучше для вас в таких ситуациях и запаситесь благовониями соответствующих сортов.

Курительные благовония обязательно должны быть в виде толстых палочек. Тонкие практически бесполезны. Это похоже на воздействие му­зыкального звука: тонкий и пронзительный тон лишь раздражает челове­ка, полнокровный же, насыщенный звук может умиротворять, способс­твовать душевному равновесию или же стимулировать. Поэтому никогда не соблазняйтесь тонкими курительными палочками. В противном случае вы просто зря потратите деньги. Палочки следует предпочитать порошкам и таблеткам. Где достать нужное вещество — ну, это отдельный разговор. Но, пожалуйста, запомните раз и навсегда, что такой вещи, как «благово­ния Рампы», не существует.

Лобсанг Рампа не отдает предпочтения ни одному поставщику и ни одному сорту благовоний. Очень многие используют рекламу вроде «товар от Рампы», но Лобсанг Рампа чужд коммерческим интересам как таковым. Время от времени люди спрашивают, где можно приобрести ту или иную книгу или что-нибудь еще, и в ответ получают соответствующий адрес, но речь в таких случаях идет об обычных поставщиках, никоим образом не связанных с Лобсангом Рампой.

Другие фирмы используют в своей рекламе словосочетание «Третий Глаз» и тому подобные, но следует еще раз подчеркнуть, что Лобсанг Рампа не отдает предпочтения кому-либо из них и вовсе не обязательно имеет с кем-то из них дело.

— Ох-хо-хо, — сказал Старый Писатель.

Мисс Клео сидела, выставив торчком ушки и растопырив усы, и всем своим видом изображала напряженное внимание. Старый Писатель улыб­нулся ей и сказал:

— Вот послушай-ка, Кли. Мы получили письмо от журналиста. Он работает в «Там-сямской газете», которая выходит в городах Там-сям и Где-то-там. Он очень зол, Кли, поскольку прочел одну из книг Рампы о тщедушных газетчиках. Он полагает, что Пресса питается Божественным вдохновением, что Пресса имеет право писать о людях все, что ей вздума­ется, ибо делает святое дело. Святое дело, ты слышишь, Кли? — спросил Старый Писатель. — Этот газетчик хочет услышать от Лобсанга Рампы четкое разъяснение, какой вред наносит Пресса. Пресса, говорит он, тво­рит только добро.

Пресса, как и телевидение, могла бы быть орудием величайшего блага. Но и то, и другое потакают самому низменному в человеке — садизму, развращенности, предрассудкам и разнообразным грехам. Величайший упрек в адрес Прессы состоит в том, что она публикует сведения, не будучи уверенной в их достоверности. Она подхватывает сплетню и тут же выдает ее за непреложный факт, а если сплетня хороша, Пресса искажает ее, поскольку садизм и чувственность привлекают ее больше, чем что-либо доброе.

Пресса говорит о своей свободе — свободе печати, — но как насчет свободы личности? Коль скоро Пресса вправе писать о людях все, что ей вздумается, то люди, о которых она пишет, также должны иметь право на равную газетную площадь для опровержения той лжи, что о них написана. Вместо этого при малейшей попытке опровержения Пресса публикует вырванные из контекста фразы, которые в устах оклеветанного человека вызывают справедливое возмущение, на деле являясь смесью наугад (а то и не наугад) надерганных высказываний. Похоже, что только газетчики способны на такую дьявольскую хитрость.

Многие люди, не способные защитить себя, подвергаются нападкам Прессы. Так, Чарли Чаплин постоянно подвергался нападкам, причем са­мым бесстыдным. Другой пример — принц Филипп, он также не имел возможности оградить себя от наскоков Прессы. Так как насчет свободы печати? Как насчет свободы людей, на которых она нападает?

Пресса вызывает войны и расовую ненависть. Она публикует лишь то, что сенсационно и, предположительно, должно вызвать бурю. Не будь Прессы, возможно, не было бы войны во Вьетнаме. Не было бы войны в Корее. Не будь Прессы, подогревающей расовую ненависть, не было бы такого количества проблем во взаимоотношениях людей с разным цветом кожи; наконец,, Пресса причиняет массу беспокойства Правительству Со­единенных Штатов, против его желания поднимая вопросы, о которых лучше помалкивать.

У всякого человека есть нечто, что он хотел бы держать при себе. У всякого человека найдется что-то, что в глазах членов его семьи выглядит нормальным, но постороннему, который не знает всех сопутствующих фактов и обстоятельств, может показаться чем-то из ряда вон выходя­щим. То же получается и с документами Пентагона, которые Пресса сейчас муссирует в качестве сенсации. Это вызывает беспокойство в Канаде, Ан­глии, Франции и многих других странах — всего лишь из-за стремления журналистов заработать на своих газетах несколько лишних центов.

По мнению Писателя, Пресса — самая злая сила, когда-либо сущест­вовавшая в мире; по его мнению, если Прессу не ограничивать, не контро­лировать и не подвергать цензуре, она в конце концов захватит власть над миром и приведет нас к коммунизму.

Старый Писатель вновь прилег и, улыбнувшись мисс Клеопатре, сказал:

— М-да, Кли, хотел бы я знать, примет ли этот ужасный человек, этот репортер из газеты X… города Y… все это близко к сердцу. Я очень надеюсь на это. Если бы он бросил работу в Прессе и занялся чем-то более пристой­ным, это могло бы стать первым шагом к его спасению.

Но оставим Прессу в стороне и вернемся к нашим вопросам. Они нескончаемы, тебе не кажется? Но это говорит о том, что существует огромная потребность в каком-либо источнике, из которого можно полу­чить на свои вопросы хотя бы частичные ответы.

Вот несколько вопросов, присланных из Англии, и ответы на них:

«Можно ли усыплять животное, если оно страдает от болезни и, возможно, неизлечимо?»

Если вы буддист, вам не следует отнимать жизнь, но есть вещи боль­шие, чем какая-либо традиционная религия, будь то буддизм, христианс­тво, иудаизм, индуизм или что-то еще, — это то, что можно назвать обязанностями перед Высшим Я. По мнению Писателя, по отношению к животному определенно милосерднее безболезненно умертвить его, если при нынешнем состоянии ветеринарии оно неизлечимо.

Если животное страдает от такой болезни, что ветеринарная наука не в состоянии облегчить его страдания, то лучше попросить ветеринара умертвить его настолько безболезненно и настолько быстро, насколько возможно. Это милосердно. Сам Писатель имеет по части боли весьма и весьма богатый опыт, получив в этом отношении гораздо больше причи­тающейся ему доли, а потому он приветствовал бы ту могущественную силу, которая навсегда избавила бы его от боли.

Самоубийство же — нечто совсем другое. Самоубийство — это плохо. Самоубийство — это очень, очень плохо, и те, кто его совершает, поистине утратили душевное равновесие вследствие огорчений, боли или других обстоятельств, затмивших их разум. Эвтаназия* не есть самоубийство, поскольку она является следствием решения зрелого рассудка, не подвер­женного непосредственному воздействию болезненных чувств и не охва­ченного ими, рассудка, над которым не тяготеет жалость к себе и боль. Самоубийство, по убеждению Писателя, непоправимая ошибка, и к нему никогда не следует прибегать.

Если животное больно, его нужно избавить от страданий. Если чело­век болен неизлечимо, находится в преклонном возрасте, если он в тягость окружающим, то ему должна быть доступна какая-либо форма эвтаназии. Свое решение он при этом должен иметь возможность обсудить с кем-то, кто лично не заинтересован в этом вопросе.

* Добровольный, быстрый и безболезненный уход из жизни. — Прим. перев.

Следующий вопрос в какой-то мере связан с только что обсужденным и звучит так:

«Возможно ли, что животное будет возвращено человеку еще при его жизни?»

Ответ на это будет, несомненно, утвердительным, если только это на благо животному. Например, — это, разумеется, пример чисто гипотети­ческий, и его не следует воспринимать чересчур серьезно, — если живот­ное избавили от страданий, не дав ему умереть своей смертью, то вполне возможно, что оно решит вернуться в ту же семью в облике котенка или щенка и прожить там тот отрезок времени, которого оно было лишено в результате усыпления. Такое случается. Но разумеется, если животное на­ходится По Ту Сторону жизни и его «хозяин» может совершать астраль­ные путешествия, то они могут встретиться, только если оба хотят этого.

Следующий вопрос такой:

«Имеет ли ауру астральная форма или же только физическая?»

Физическая форма, основная форма на нашей Земле, имеет эфирное тело и ауру. И то, и другое являются лишь отражениями жизненной фор­мы. Многие люди — большинство — не могут видеть ауру, поскольку слишком к ней привыкли: точно так же большинство людей не видят воздуха, среди которого живут; все они способны видеть смог — в этом отношении сегодня посмотреть есть на что.

В астральном мире аура гораздо ярче вокруг астральных тел, и чем сильней развито астральное тело, тем интенсивнее аура сверкает, вспыхи­вает и переливается. Поэтому ответить можно так: да, совершенно опреде­ленно, аура вокруг астральных тел есть. Но точно так же, как на Земле есть люди, не способные видеть ауру, в нижнем астрале есть такие, которые не могут видеть астральную ауру. По мере развития такого «невидящего» это дается ему все легче.

Этот человек из Англии задает умные вопросы! Это очень интеллиген­тная англичанка (ты слышишь, Читатель? Я похвалил женщину!).

«Позволительно ли, — спрашивает она, — использовать сведения, полученные из Хроник Акаши, для написания истинной истории древних цивилизаций и истинных биографий знаменитых личнос­тей?»

Нет, потому что вам никто не поверит. Древняя история может лишь случайно оказаться похожей на историю писаную. История писалась, пе­реписывалась и уничтожалась по прихоти диктаторов и им подобных. Ярким современным тому примером является история нацистской Гер­мании. Общеизвестно, что ее история была несколько переиначена, так что Гитлер предстал не совсем тем, чем был на самом деле. Также общеиз­вестно, что в угоду коммунистическим диктаторам была переиначена ис­тория России. Поэтому, если вы напишете правду, почерпнутую из Хроник Акаши, вы столкнетесь с тем, что вам не поверят, так как между написан­ным вами и официальной историей той или иной страны будет огромная разница.

Что касается биографий и тому подобного, то написавший правду часто не может ее опубликовать, а если ему все же это удается, то это обычно приводит к ужасным потрясениям из-за того, что какой-нибудь журналист раздует тлеющий слух в ревущее пламя, пожирающее истину. Так что, если вы жаждете настоящей истины, вам придется подождать до тех пор, пока вы не переселитесь в астрал!

Да, мисс К., вы задаете хорошие вопросы! Вот еще один: вы спраши­ваете, всегда ли аборты — это плохо.

Я бы ответил на это так: нет, часто гораздо лучше сделать аборт, чем приводить в наш и без того перенаселенный мир несчастного малыша, который не является желанным и обречен на тяжкие испытания, не будучи ни в чем виноват. В конце концов, почему он должен расплачиваться за несколько мгновений небрежности своих родителей? Если аборт ранний, в плод еще не вселилось ничье астральное тело.

Кстати, Читатель, жаловавшийся на чрезмерное количество «я»: ко времени написания этой части книги я вполне могу negecraib быть Ста­рым Автором и стать вместо этого Старым Человеком*, поскольку, уве­ряю вас, я — не «Старая Женщина». Как бы там ни было, в своих книгах я стараюсь поддерживать личный контакт, ведь все мы друзья, не так ли? Мы — не памятники на пьедесталах. Водрузите себя на пьедестал, и вскоре вас с него сбросят.

* Англ. man«человек» и «мужчина».

А вот еще один вопрос о душе.

«Если душа покидает человека и он становится подобен кочану капусты, должны ли врачи чисто механически поддерживать жизнь в таком кочане?»

Лично я думаю, что нет. Когда человек достигает той стадии, что сущность покидает его и его жизнь поддерживается чисто механически, сохранять такую жизнь просто глупо. В таких обстоятельствах следует дать телу умереть. Так будет лучше всего. Сегодня так часто слышишь о совер­шенно безнадежных людях, жаждущих смерти, в которых поддерживают жизнь с помощью кучи трубок и дьявольских электронных приборов. Это же не жизнь, они же живые трупы. Почему бы не «отпустить» их?

«Вследствие демографического взрыва возрастает давление на ди­кую природу. Выживет ли она, или же человек навсегда уничтожит окружающую его среду?»

Многие животные, птицы и рыбы погибнут, многие виды навсегда исчезнут с лица Земли. Человечество прожорливо и ненасытно. Оно не заботится о диких обитателях планеты, а думает лишь о том, как положить в свой карман несколько лишних долларов. Как раз когда я пишу эти строки, в провинции Квебек разработан проект, согласно которому пред­полагается вырубить деревья на площади в несколько миллионов акров для нужд бумажной промышленности, поскольку ее продукция необходи­ма для печатания газет, производства искусственной кожи и многого дру­гого, без чего Человек по той или иной причине не мыслит своего сущест­вования.

Если срубить деревья, не станет насекомых, птицам негде будет вить гнезда, им нечем будет питаться и они будут обречены на голодную смерть. Такая же участь ожидает и животных, лишенных убежища и пищи.

Человек совершает самоубийство и быстро разрушает свой мир. Ис­чезновение деревьев вызовет различные тепловые потоки. Деревья регу­лируют воздушные течения и осадки, так что без них изменится климат. Квебек, где деревья уничтожаются миллионами, превратится в пустыню.

Корни деревьев глубоко проникают в почву и удерживают ее в виде однородной массы. Если вырубить деревья и удалить из почвы их корни, ее перестанет что-либо удерживать и она будет унесена ветром. В результа­те образуются пустыни, как на западе Америки.

Человечество разрушает свой мир из-за своей совершенно ненасыт­ной жадности к деньгам. Если только люди станут жить более естественно, без всей этой синтетики, они будут счастливее. На сегодняшний день при всех человеческих достижениях загрязнение воздуха, воды и почвы стано­вится все сильней и сильней и скоро станет необратимым, так что Земля будет безводной и безжизненной. Многие обитатели высших миров, нахо­дящихся за пределами этой Земли, этого мира, изо всех сил стараются повлиять на человечество, чтобы это бессмысленное уничтожение дикой природы прекратилось, чтобы Природа получила возможность восстано­вить состояние, наиболее подходящее для существования и развития Че­ловека.

Но что это? Большой коричневый конверт, а в нем газета и письмо. Старый Писатель взглянул на газету и тут же отложил ее в сторону, пос­кольку она была французской, а он не понимал по-французски. Письмо же было написано по-английски. В нем говорилось, что Лобсанг Рампа болен и отошел от дел, а он (автор статьи) является преемником Л обсанга Рампы. Автор письма хотел знать, кто он такой, этот преемник Лобсанга Рампы? Правда ли все это?

Уже многие называли себя Лобсангом Рампой. Но что касается дан­ной статьи, то прежде всего скажу, что у меня нет преемника. У меня нет ни учеников, ни студентов. Нет никого, кого я мог бы назвать своим «наследником».

Я умру и покину эту Землю лишь после того, как сделаю все, что пытаюсь сделать, и если кто-либо объявит себя моим преемником, моим наследником, моим представителем, это будет явным и оп­ределенным жульничеством, Позвольте повторить еще раз курси­вом: У меня нет преемников. Нет никого, кому бы я делегировал свои «полномочия».

Одна из самых ужасных вещей в положении действительно известно­го писателя — это появление множества людей, присваивающих себе его имя. Так, совсем недавно я получил письмо от одной стюардессы, писав­шей, что она была очень рада встретиться со мной в самолете, но где же обещанный мною набор книг с автографами? Я прикован к инвалидной коляске или же к постели. Все свои полеты я совершил в астрале и без помощи каких-либо стюардесс.

Было множество случаев, когда кто-нибудь выдавал себя за меня. Иногда это было сопряжено с нанесением обиды другим людям, и они присылали мне письма с упреками. Прискорбно, правда? Вероятно, такого рода вещам будет положен конец, если у каждого будет удостоверение личности. А то мне иногда приходят счета и происходят другие вещи, о которых я ни сном ни духом. Итак, вы предупреждены. Вам следовало бы знать, как я сейчас выгляжу, но мне иногда кажется, что обложки моих книг рисовал слепой в полной темноте.

«А еще, Лобсанг Рампа, мне хотелось бы знать ваше мнение о целительстве вообще. Мудро ли со стороны человека, живущего в двад­цатом веке, им заниматься? Я имею в виду, что врачи сегодня могут почти все, так нужно ли нам оно? Возьмем обычного современного человека: он не понимает, о чем идет речь, когда вы говорите ему, что можете снять головную боль быстро и без кучи таблеток. Он скажет, что вам самое место в сумасшедшем доме. Поэтому я хочу услышать от вас, мудро ли пользоваться способностью к целительству?»

Нет, явно неразумно пользоваться так называемыми способностями к целительству, не имея медицинского образования. Может случиться, что человек страдает от опасной болезни, а с помощью внушения вполне можно приглушить ее симптомы. Этого-то вы добьетесь, но болезнь не вылечите, и если после этого человек будет чувствовать себя плохо, а то и хуже, чем раньше, и пойдет к врачу, то что сможет сделать бедный несчас­тный врач, если симптомы приглушены? Если бы не это, он, возможно, смог бы определить истинную причину болезни и вылечить ее.

Если только у вас нет медицинского образования или вы не работаете в сотрудничестве с практикующим врачом, вам никогда, никогда не следу­ет пользоваться этими целительскими штуками, поскольку это смертель­но опасно. То же и насчет молитв. Когда толпа людей собирается, чтобы помолиться за что-либо, и не знает всех сопутствующих обстоятельств, может сработать закон обратного действия, и положение вещей станет гораздо хуже, чем было. Так что лучшее правило — дать всему идти своим чередом.

Ой-ой-ой, целая куча вопросов об одном и том же! Ладно, рассмотрим следующий. Он звучит так:

«Почему бывает так, что, скажем, два человека страдают от одной и той же болезни, и один легко излечивается, а второй вовсе не подда­ется лечению?»

Ответ содержится в сказанном выше: потому что один из них нас­только внушаем, что симптомы болезни удалось приглушить, и вы реши­ли, что он быстро излечился, второй же менее восприимчив к внушению, поэтому его состояние совершенно не изменилось. Запомните: исцеление с помощью внушения, веры и тому подобного в основе своей связано с гипнотическими эффектами.

Следующий вопрос:

«Почему, когда я лечу других людей, мои руки становятся горячими, когда же я лечу себя, они становятся холодными как лед?»

Ответ: когда вы лечите, или пытаетесь лечить, другого человека, вы внушаете ему, что ему становится лучше, но если вы при этом передаете ему избыточную прану, это разогревает ваши руки, Естественно, вы не можете передать свою прану себе же, поскольку вы ее уже имеете и, по сути, заставляете работать закон обратного действия и просто расходуете свою энергию. Поэтому ваши руки и охлаждаются.

Эта так называемая целительная сила есть в основе своей гипноз и способность подвергать внушению восприимчивого человека. Но облада­ние такой силой также означает наличие большого количества эфирной энергии, которую мы называем праной, и, обладая такой энергией и буду­чи сведущи в этих вещах, вы можете передавать ее другому человеку. Это похоже на то, как автомобиль не может завестись морозным утром, пото­му что у него сели аккумуляторы. Автомобиль не может ехать, потому что аккумуляторы чересчур слабы для того, чтобы раскрутить стартер. Между тем подъезжает другой автомобиль, его водитель соединяет свой аккуму­лятор с аккумулятором застрявшего автомобиля. После этого совершается переход энергии, и застрявший автомобиль может ехать. Вот иллюстрация того, как происходит такая передача энергии.

Глава 11