Тибетский лама

Глава 5

А-а-а! Доброе утречко вам, — сказал Пат-почтальон, когда мы с Ма, заслышав его звонок, открыли ему дверь. — Я тут принес ему такую кучу писем, что едва не сломал себе хребет, взбираясь вверх по холму!

Пат-почтальон также был нашим старым другом. Много раз Хозяин сажал его в свой автомобиль и помогал развозить почту, когда ноги Пата совсем отказывались служить ему. Пат знал все и вся в этом квартале, и мы почерпнули у него много чего из местного колорита. Мне нравилось нюхать отвороты его брюк: по запаху я могла определить, шел ли он через Гоут Хед или продирался через заросли вереска на берегу. Как правило, я безошибоч­но определяла момент, когда Пат «пропускал махонькую», чтобы согреться во время разноски вечерней почты.

Ма приняла письма, а я забралась на кровать Хозяина, чтобы помочь ему их прочесть. В это утро писем БЫЛО действительно много — из Японии, Индии и от его друзей в Германии. Было одно письмо из Дублина. Послышался звук разрезаемого конверта, и Хозяин вытащил лист бумаги.

— Х-м-м! — произнес он. — Ирландская налоговая инспекция ничем не лучше английской. Это требование о заполнении декларации — чистый грабеж. Мы не можем ПОЗВОЛИТЬ себе оставаться в Ирландии.

И он погрузился в угрюмое молчание. Ма примостилась на краешке кровати. По лестнице взбежала Лютик: ей хотелось узнать, что нового в сегодняшней почте.

— Это просто изумляет меня, — произнес Хозяин. — Почему вместо того, чтобы удержать нам подобных в стране, ирландские налоговые инс­пекторы заставляют нас ее покинуть, облагая немыслимыми, хищнически­ми налогами! Мы живем здесь уже довольно долго, но налоговое управле­ние никогда не бывает довольным — все они хотят заполучить свой кусок пирога и тут же его съесть. Мы, Писатели, как никакой другой здешний люд страдаем от чрезмерных налогов.

Понимающе кивнув, я уперлась головой в его ногy. Ведь он хотел стать гражданином Ирландии, он ЛЮБИЛ ирландцев — всех, за исключением ирландских налоговых инспекторов! Хозяин считал, что эта служба воняет похуже грязной консервной банки, из которой ел бродячий кот; инспекто­ры этой службы были совершенно лишены здравого смысла, просто СЛЕ­ПЫ. Потянувшись ко мне, Хозяин ухватил меня за ухо:

— Если бы не кошки — я имею в виду тебя, Фиф, — мы бы отправились в Танжер, или в Голландию, или еще куда-нибудь, где мы были бы более желанными гостями. Но ведь ты наша старая Бабушка-Кошка и я не хотел бы огорчать тебя, если бы от этого не зависела моя жизнь.

— Господи, Хозяин! — воскликнула я. — О чем ТЫ говоришь! Я в состоянии выдержать столько же, сколько и ты — даже немножко больше. Мое-то сердце в порядке!

— Конечно, Фиф, — он погладил мой подбородок и плечо, — твое сердце здорово и вообще ты самая лучшая Бабушка-Кошка.

— Возможно, — ответила я. — Мы оба одновременно переживем это и никогда не расстанемся. Я бы очень ХОТЕЛА, чтобы было именно так!

Остаток дня все провели в несколько печальном настроении. Было очевидно, что не стоит и мечтать жить в Ирландии, если налоговые инспек­торы собираются отобрать все. У нас и без того хватало проблем: вокруг дома постоянно шныряли агенты Прессы; иногда они смотрели на дом через бинокли, освещая спальню переносными зеркалами.

В Прессе публиковались далекие от правды рассказы о Хозяине, причем ему никогда не позволяли высказать СВОЙ взгляд на положение вещей. Хозяин считает Журналистов одним из самых больших несчастий на земле — я это знаю, потому что неоднократно слышала, как он говорил об этом. Судя по рассказам Мисс Ку, он совершенно прав.

— Я схожу к миссис ОТрейди, чтобы позвонить Брэду Кемпбеллу, — сказала Ма. — Я обнаружила, что кто-то сломал замок на задних воротах. Надо бы его починить.

— А! Я думаю, что это дело рук тех туристов из Ливерпуля, — отклик­нулся Хозяин. — Брэд говорил мне, что во времена его Отца туристы разбивали свой лагерь в передней части его сада.

Как только Ма вышла на дорогу, меня позвала Мисс Ку, находившаяся в кухне. Она сказала, что нам приготовлен замечательный обед. Спустив­шись по лестнице, я встретилась внизу с Мисс Ку.

— А, вот и ты, Фиф, — сказала она. — Я убедила Лютика накормить нас пораньше, чтобы мы могли спуститься в сад и посмотреть, нормально ли растут цветы. Она немного поворчала, но в конце концов приняла Правиль­ное Решение. А ну-ка, подтяни живот!

Я всегда могла втягивать живот. Но ведь я ЛЮБИЛА поесть и всегда считала, что пища — единственный способ восстановить силы. Теперь я весила добрых семь фунтов и чувствовала себя хорошо, как никогда. Более того, это мне никак не мешало нормально ориентироваться — Хозяин показал мне, как это делается.

— Ты глупая старушенция, Фиф! — сказал он однажды.

— Почему, Хозяин? — спросила я.

— Ну ладно, ты слепа. Но ведь в астрале ты зрячая. Так почему бы во время отдыха не подняться в астрал и не посмотреть, изменилось ли поло­жение окружающих предметов? Почему бы не провести добрую старую экскурсию по дому? Вы, кошки, не используете и половину разума, данного вам природой.

Чем больше я задумывалась над этой мыслью, тем больше она мне нравилась; в конце концов, я действительно выработала у себя привычку совершать астральные путешествия во время отдыха. Теперь я уже не наби­ваю себе шишки и синяки, прекрасно представляя положение практически каждого предмета.

— Пришел Брэд! — возвестила Ма.

Мы с Ку обрадовались: это значило, что теперь мы можем спуститься в сад, поскольку Хозяин в таких случаях всегда выходил во двор и работал, разговаривая с Брэдом Кемпбеллом. Мы поспешили к двери; мимоходом Мисс Ку бросила Хозяину, что ему следует бы глотнуть тоника, а не то он совсем ЗАМЕДЛЯЕТ ХОД.

— Это я замедляю ход? — переспросил Хозяин. — Да я могу поймать тебя в любое время, если только захочу!

Поначалу планировка дома обескураживала меня: входя, вы оказыва­лись на верхнем этаже, а первый этаж располагался ниже уровня дороги. Мисс Ку объяснила мне, что к чему:

— Видишь ли, наш дом примостился на склоне скалы, словно гнездо наседки. Скальный склон опускается вниз от дороги; там еще есть стена, чтобы люди не падали вниз. В общем, раньше в этом доме было две кварти­ры, а мы, переселившись сюда, сделали из них единое целое.

В доме и в саду комнат было предостаточно. У нас было два сада: по одному с каждой стороны дома. Прежние жильцы верхнего этажа владели садом, расположенным справа; жившие внизу пользовались левым. В на­шем же распоряжении были оба. Там было сколько угодно деревьев с низко расположенными ветвями, но меня никогда не выпускали в сад одну, пото­му что члены Семьи боялись, что я сорвусь со скалы или, забравшись на нижнюю ветку, упаду. Безусловно, я не упала бы, но все же было приятно ощущать такую заботу людей обо мне.

Лютик любила сидеть в саду, загорая на солнце и делая, по выражению Мисс Ку, свою желтую головку еще желтее. Нам нравилось, когда в сад с нами выходила именно она: Лютик часто забывала о нашем существовании и тогда мы были более свободны в своих исследованиях.

Однажды я добралась до склона скалы и попыталась взобраться на него; увидев это, Мисс Ку поспешно позвала Хозяина и тот снял меня прежде, чем я оттуда свалилась.

Соблюдать осторожность в саду было необходимо и по другим причи­нам: вокруг шныряло много любопытных, пытавшихся сфотографировать Ламу. Вдоль садового забора останавливались машины, и люди взбирались на них, чтобы посмотреть, как живет Лобсанг Рампа.

Как-то солнечным днем Хозяин выглянул в окно — и увидел женщин, расположившихся на пикник на одной из наших лужаек! Их весьма огорчи­ло, когда он вышел к ним и заставил их убраться прочь.

Многие жители Гоута, чьи дома располагались вдоль живописных до­рог, имели аналогичные проблемы: автотуристы всегда считают, что вправе остановиться там, где им заблагорассудится и натворить столько вреда, сколько им хочется, оставив другим убирать кучи мусора.

— Фиф, я только что слышала разговор Хозяина и Ма, — сказала Мисс Ку. — Слушай, а где находится Марокко?

Марокко? Ну, Мисс Ку, это же Танжер, он находится в зоне Средизем­номорья. Меня возила туда миссис Дипломат. Мы собирались жить в Тан­жере. Там очень жарко, все вокруг отвратительно пахнет, и даже рыбы там разбойницы!

Еще бы мне не знать этого города! Меня привезли туда из Марселя на корабле; всю дорогу я ужасно страдала от морской болезни. Тогда я еще могла видеть, и зловещего вида местные жители в своих замызганных лох­мотьях изрядно пугали меня. Я так надеялась, что мы не поедем в Танжер!

Весь день мы с Мисс Ку проспали. Хозяин и Ма уехали в Дублин, а Лютик занималась уборкой своей спальни. Мы знали, что выходить на улицу нам не разрешено, поэтому мы спали, одновременно путешествуя в астрале.

Как у любой другой женщины — кошки ли, или человека, — у меня были свои СТРАХИ. Я жила в постоянном ужасном ожидании, что однажды проснусь в душной, вонючей коробке в каком-нибудь Аэропорту. Конечно, просыпаясь, я слышала голоса людей вокруг, чувствовала их прикоснове­ния, ощущала их заботу обо мне; и все же, хотя прошлое стало действитель­но прошлым, по ночам мне иногда снились кошмары.

Тогда Хозяин брал меня на руки, приговаривая:

— Ну, ну, Фиф! Не будь такой глупой старушкой. КОНЕЧНО, ты дома, и до конца своих дней ты останешься с нами.

После этого я обычно мурлыкала, улыбаясь и ощущая успокоение. Но ведь стоило мне заснуть, как все ночные ужасы возвращались опять!

— Фиф, они возвращаются! Они уже едут вверх по холму!

Изогнувшись, Мисс Ку стремглав помчалась к входной двери. Мы выс­кочили на крыльцо как раз в тот момент, когда машина подъехала к дому. Мисс Ку прыгнула в машину, чтобы помочь Хозяину поставить ее в гараж и убедиться, что дверь гаража хорошо заперта. Затем ей было необходимо пройтись вдоль высокой стены, чтобы проверить, не грызут ли улитки бетон. Перескочив через зеленые ворота, Мисс Ку закричала двери:

— Открывайся! Мы уже пришли!

Хозяин присоединился к ней, открыл дверь, и они вошли внутрь.

— Ну? — спросила Лютик, когда все мы собрались внизу. — Как по­ездка?

— А, только время потеряли, — вздохнул Хозяин. — Мы зашли в Посольство Марокко, однако там нам не захотели помочь. Мы НЕ поедем в Танжер.

Все погрузились в молчание, а я от удовольствия тихонько замурлыка­ла: всё, в Марокко мы УЖЕ НЕ едем.

— В Дублине мы встретили мистера и миссис Ветеринар, — сообщила Ма. — Завтра они приедут к нам на чай.

Я загрустила — мистер Ирландский Ветеринар был хорошим, добрым и очень приятным человеком, но ведь ни один ветеринар, каким бы хоро­шим он ни был, никогда не станет кумиром своего кота-пациента.

— Фиф, помни про уши! — нахмурилась Мисс Ку. — Завтра нам нужно убраться отсюда куда-нибудь подальше, не то нам не избежать чистки ушей.

Семья продолжила беседу, обсуждая, что необходимо сделать и куда съездить. Мы побрели прочь из комнаты и направились вниз, чтобы попить чаю.

Мистер Ирландский Ветеринар приехал вместе со своей миссис. Мы очень любили его, но его одежда всегда жутко пахла внутренностями жи­вотных и разными лекарствами. Мистер Ирландский Ветеринар очень заин­тересовался большим телескопом Хозяина, который тот использовал, что­бы наблюдать за далекими кораблями. Мы с Мисс Ку спрятались за длин­ным присборенным чехлом кресла, прислушиваясь к их разговору.

— Фифи чувствует себя отлично, — сказал Хозяин.

— Безусловно, я уверен в этом, — согласился Ветеринар.

— Как вы думаете, она перенесет переезд в Корк или Белфаст? — спросил Хозяин.

— Вне всякого сомнения, — откликнулся Ветеринар. — Она перенесет все что угодно, при условии, что будет ощущать, что она нужна. Во всяком случае, сейчас ее здоровье получше вашего.

— Ты слышишь, Фиф? — обратилась я к самой себе. — Все, что тебе необходимо, — это быть нужной, тогда ты перенесешь все что угодно.

Затем они вышли в сад и установили большой телескоп. Мисс Ку подс­кочила к оконной раме: она хотела видеть все, оставаясь невидимой для других.

— Они разглядывают корабль, — произнесла она. И вдруг: — Фиф, ПРЯЧЬСЯ! Они идут обратно в дом!

Послышалось шарканье ног по дверному коврику, и они вошли.

— Вы видели сегодня моих кошек? — спросил Хозяин.

— Я успел заметить лишь, как их хвосты мелькнули за углом, — отве­тил мистер Ирландский Ветеринар.

— Знаете, я очень горжусь Фифи. Она оказалась хорошей Матерью. Я был внизу и осматривал ее котят. Они ОТЛИЧНО развиваются!

Я начала было мурлыкать от удовольствия, но тут Мисс Ку напустилась на меня:

— Замолчи, глупая старая кошка! Они же тебя услышат!

Этой ночью Хозяину было плохо, значительно хуже, чем обычно. Что-то сломалось в нем. Подумав, что у него, очевидно, те же проблемы со здоровьем, что были и у меня, я рассказала об этом Мисс Ку.

— Фиф! — полурастроганно-полусердито воскликнула она. — Ну как у Хозяина может быть опухоль матки? Да ты еще глупее, чем я предполагала!

На следующий день Хозяин отправился к Ирландскому Доктору-спе­циалисту. К дому подъехало такси, и Хозяин с Ма спустились с холма, завернули за угол и, пропав из виду Мисс Ку, направились в сторону Дубли­на. Потянулось время ожидания; с каждым мгновением мы волновались все больше.

Наконец Мисс Ку уловила натужный рев автомобиля, взбиравшегося вверх по холму. Затем заскрежетала коробка передач, машина прибавила газу, а потом, снизив скорость, остановилась у наших дверей. Вошли Ма и Хозяин; он выглядел более бледным и изможденным, чем обыкновенно, и Мисс Ку тут же принялась нашептывать мне что-то по этому поводу.

Мы отодвинулись в сторонку, чтобы не стоять на дороге, но у Хозяина, независимо от того, болен он или нет, всегда находилось время остановить­ся и поговорить со «своими детками» — то есть с нами. Когда он погладил меня, я почувствовала, что находившаяся в его руках жизненная сила куда-то ушла. От тревоги у меня засосало в желудке.

Медленно дойдя до своей спальни, Хозяин направился к кровати. Всю эту ночь я и Мисс Ку посменно сидели рядом с ним.

Конечно, я знаю, что многие люди рассмеются над этим; они считают, что у «животных» нет эмоций, разума, чувств к другим. Но ведь люди, фактически, тоже животные! Мисс Ку и я понимаем каждое слово, каждую мысль. Мы понимаем людей — это люди не понимают нас и даже не пыта­ются это сделать, предпочитая называть нас «существами низшего поряд­ка», «тупыми животными» и тому подобными словами. А ведь мы никогда не объявляем войну друг другу; кроме того, животные убивают друг друга лишь для того, чтобы утолить голод. Мы не пытаем себе подобных и не сажаем их в концентрационные лагеря.

Мы, Сиамские Кошки, имеем, вероятно, наивысший коэффициент ин­теллекта среди животных. Мы способны чувствовать, любить и даже испы­тывать страх — но мы не умеем ненавидеть. У людей вечно не хватает времени, чтобы заняться изучением нашего разума, — ведь они постоянно заняты деланием денег с помощью любых честных или нечестных способов, которые только подворачиваются. Хозяин же знает нас, как самого себя. Он Может разговаривать с нами с помощью телепатии — так же, как это делаем мы с Мисс Ку. И мы также можем говорить с ним (и действительно гово­рим!). Как говорит Хозяин, когда-то люди и животные могли общаться между собой телепатически, однако потом Человечество начало злоупот­реблять своими преимуществами, и эта способность была утеряна, тогда как Животные ее сохранили.

Дни складывались в недели, но Хозяину все не становилось лучше. Появились разговоры о Больнице и об операции. Между тем он становился все более бледным и ему требовалось все больше отдыха. Мы с Мисс Ку притихли, посерьезнели и даже не настаивали на том, чтобы пойти погулять в сад. Мы тихонько грустили, пытаясь скрыть свои чувства от Хозяина.

Как-то утром, после завтрака, я сидела на его кровати, а Мисс Ку стояла у окна, убеждая морских чаек не шуметь так сильно. Неожиданно Хозяин обратился к Ма:

— Прочти-ка эту статью. Здесь пишут о замечательных возможностях в Канаде. Судя по всему, там нужны Писатели, Художники, Врачи — короче ВСЕ. Может, там и для нас найдется местечко, а?

Ма взяла статью и прочла ее.

— Написано ЗАМЕЧАТЕЛЬНО, — ответила она, — но я не доверяю всем этим статьям. Кажется, ты хотел поехать в Голландию? Так или иначе, ты слишком слаб для переезда.

— Здесь нам оставаться больше нельзя, — сказал Хозяин. — Ирланд­ские налоговые инспекторы делают это совершенно невозможным. Шила! — позвал он Лютика.

Хозяин всегда поступал по-восточному: надо было посоветоваться со всей Семьей.

— Шила! — спросил он. — Что ты думаешь о Канаде?

Лютик посмотрела на него так, как будто у него было не все в порядке с головой. Мисс Ку работала, не щадя себя, — она бегло комментировала происходящее в комнате.

— Господи! — шептала мне она. — Лютик считает, будто он настолько болен, что не понимает, о чем говорит. Какая Канада? КАНАДА? СВЯТЫЙ БОЖ-ЖЕ!

Немного погодя Хозяин встал с постели и оделся. Я чувствовала, что он не знает, что предпринять. Позвав Мисс Ку и взяв меня на плечо, он вышел в сад. Он медленно побрел садовой тропинкой и остановился, глядя на море.

— Понимаете, кошки, я хотел бы прожить здесь остаток своих дней, — сказал он, — но эти налоговые инспекторы предъявляют такие немыслимые требования, что нам ПРИДЕТСЯ уехать, чтобы выжить. А вы, двое, — вы хотите поехать в Канаду?

— Ради бога, Хозяин,— сказала Мисс Ку. — Мы поедем, куда ты ска­жешь.

— А я вполне хорошо себя чувствую, чтобы путешествовать, — доба­вила я. — Я с удовольствием отправлюсь куда угодно, но ведь ты неважно себя чувствуешь.

Этим вечером Хозяину опять было необходимо ехать к Ирландскому Доктору-специалисту. Его не было очень долго, а когда он вернулся, я поня­ла, что дела плохи. И все же он обсуждал переезд в Канаду.

— Канадское министерство по делам иммиграции разместило рекламу в газетах, — сказал он. — Давайте узнаем об этом подробнее. Где находится их Посольство?

— На Мэррион-Сквер, — ответила Лютик.

Через несколько дней Посольство Канады в Дублине прислало нам целую гору рекламных проспектов. Вся Семья села читать их.

— Они обещают золотые горы, — сказал Хозяин.

— Да, но ведь это всего лишь реклама, — возразила Ма.

— Почему бы не позвонить в посольство? — спросила Лютик.

— Да, — согласился Хозяин, — нам необходимо удостовериться, что там хорошо примут наших котов. Я не поеду туда, если животных отправят на карантин или произойдет нечто подобное. В любом случае, от карантина ничего хорошего не жди.

Хозяин и Ма сели в свой «Хамблер» и отправились в Дублин. Медленно тянулось утро (время всегда тянется медленно, когда не знаешь, что ждет тебя впереди, и когда отсутствуют те, кого любишь). Наконец они возвра­тились.

— Красные флажки! Везде эти красные флажки! — возмущался Хозя­ин. — Меня просто поражает, насколько неприятны эти мелкие служащие. Иногда мне хочется перебросить пару таких умников через колено и хоро­шенько их нашлепать по…

— Но ведь ты не желаешь отвечать ни на одно их извещение, — возразила Ма. — Они ведь просто мелкие клерки и ничего больше.

Сдавленно хихикнув, Мисс Ку зашептала мне: — Старик бы их с удо­вольствием отшлепал! Его руки гораздо сильнее, чем руки этих Западных Людей, и раньше он мог справиться с целой толпой. Боже! Как бы я хотела посмотреть, как он их шлепает! — вздохнула она.

Хозяин ДЕЙСТВИТЕЛЬНО был очень большим: нам с Мисс Ку всегда хватало места, когда мы садились на него. Это была гора мышц и костей весом около двухсот тридцати фунтов. Мне нравятся большие люди — возможно, потому, что мне всегда не хватало еды, чтобы вырасти до нор­мальных размеров.

— Мы заполнили все формуляры, оставили отпечатки пальцев и сдела­ли кучу другой чепухи, — сказал Хозяин Лютику. — Завтра мы съездим с тобой туда. Тебе придется поехать в качестве нашей приемной дочери — иначе тебе потребуется определенная сумма денег, чье-нибудь поручитель­ство или еще какая-нибудь мишура. По нашему впечатлению, канадцы выглядят большими детьми.

— Ты забыл сказать, что нам всем еще предстоит пройти медицинское освидетельствование, — напомнила Ма.

— Ах, да, — спохватился Хозяин. — Мы попросим миссис ОТрейди побыть с Кошками. Я ни за что не оставлю их ОДНИХ, поскольку они значат для меня больше, чем вся Канада, вместе взятая.

Обед был готов, так что сначала мы поели (я всегда считала, что после; хорошей еды обсуждение получается более спокойным). Жили мы неплохо, и для нас, кошек, не существовало проблем. Мисс Ку была (и остается) весьма слабым едоком — она тщательно заботится о своей фигуре. Впро­чем, она действительно наиболее элегантная, изящная и женственная моло­дая кошка.

— Эй! — возвестил Хозяин. — По дороге идет миссис ОТрейди. — Ма поспешила перехватить ее и затащить в дом. Мы с Мисс Ку пошли вниз — посмотреть, что там поделывает Лютик; мы надеялись, что она сейчас в саду и мы сможем выйти в сад и немного привести там все в порядок. У меня была задумка выкопать несколько растений, чтобы убедиться, что они нор­мально развиваются.

Мисс Ку же собиралась посмотреть на дом Мистера Кролика. Он жил в норе у скального склона и ночами частенько прохаживался под окнами, насмехаясь над тем, что мы сидим взаперти. Однако у нас ничего не получи­лось — Лютик чем-то занималась у себя в комнате, и мы, послонявшись немного, направились в комнату, где были сложены наши чемоданы.

Следующее утро было полно забот. Хозяин пораньше вывел нас в сад, чтобы мы могли разобраться с Мистером Кроликом. Спустившись вдоль скалы, Мисс Ку подошла к парадной двери его дома и прокричала туда свое сообщение. Я же лежала на плече у Хозяина — он не позволял мне спускать­ся на землю — и громко сообщала Мисс Ку, все, что я думаю по этому поводу. Мы были очень сердиты на Мистера Кролика.

Затем нам надо было поточить о ствол дерева свои когти — необходи­мо было подготовиться, чтобы хорошо охранять миссис ОТрейди, пока Семья уедет в Дублин. Приняв пылевую ванну в дальнем углу сада, мы хорошенько втерли пыль в наш мех — и вот мы уже готовы для пятиминут­ной сумасшедшей гонки преследования по саду. Я ни на шаг не отходила от Мисс Ку, поскольку в саду вела она (тогда я не натыкалась на что попало). Обычно мы ходим одной и той же тропой, и там я не боюсь препятствий.

— Эй вы, хищницы! Пошли домой! — крикнул нам Хозяин.

Топая ногами и изображая крайнюю кровожадность, он заставил Мисс Ку на пределе сил домчаться до дома. Затем Хозяин поднял меня и, забросив себе на плечо, внес внутрь и захлопнул дверь.

— Фиф! Скорее! НУ СКОРЕЙ ЖЕ! — загорланила Мисс Ку. — Тут новая коробка от зеленщика, и в ней полно новостей!

Хозяин опустил меня на пол, и я поспешила к коробке, чтобы узнать последние новости из деревенского магазина.

Семья была готова к отъезду. Потрепав нас за уши, Хозяин попрощался с нами, наказав хорошо присматривать за миссис ОТрейди.

— Ладно, — произнесла Мисс Ку. — С нами она будет в безопасности. Может, набросить дверную цепочку?

Мгновение я размышляла: не высказать ли предположение о том, что стоит пригласить мистера Лофтуса, который точно бы посторожил ее, одна­ко потом поняла, что Хозяин безусловно так и поступил бы, если бы считал это необходимым. Когда миссис ОТрейди расположилась в кресле, Мисс Ку обратилась ко мне:

— Пойдем, Фиф. Нам нужно еще закончить несколько дел, которые никак не удается сделать, когда Семья здесь.

Повернувшись, она побежала вниз по лестнице. Мы осторожно обош­ли вокруг дома, чтобы убедиться — уж не собрался ли Мистер Кролик стащить что-нибудь. Периодически Мисс Ку говорила мне:

— Я только проскользну наверх и погляжу, все ли в порядке у Ви ОТ. Ведь мы ПРОСТО обязаны присматривать за ней.

И она уходила, пробираясь вверх по ступенькам, а затем нарочно шу­мела, чтобы Ви ОТ не думала, что за ней шпионят. Потом Мисс Ку возвра­щалась и сообщала мне:

— О’кэй! С ней все в порядке.

Время тянулось невыносимо медленно — нет, казалось даже, будто оно идет назад.

— Как ты думаешь, Мисс Ку, с ними гам все в порядке? — наверное, в тысячный раз спрашивала я ее.

— Конечно, в порядке. На моей памяти такое уже было. КОНЕЧНО, с ними все в порядке! — восклицала Мисс Ку, пытаясь саму себя убедить в этом.

Правда, она выдавала свое волнение нервным подергиванием кончика хвоста.

— Ты же не хуже меня знаешь: они должны повидаться с доктором, а потом их всех троих осмотрят, а потом они поедут в больницу, где им сделают рентгенограмму легких.

И она нервно принялась лизать свою лапу, обследуя кончики своих наманикюренных когтей.

Мы не могли даже смотреть на еду — ведь никакая еда не заменит любви! Чувствуя все большее волнение, я вспомнила, что мне говорила моя дорогая Мамочка:

«Ну-ну, Фифи! Держи себя в руках при любых обстоятельствах, — говорила она. — Волнение еще никогда не решило ни одной проблемы. Если ты будешь все время волноваться, то не сможешь увидеть путь к решению проблемы».

— Как ты думаешь, Фиф, у них все нормально? — вопрошала в свою очередь Мисс Ку.

— Конечно, Мисс Ку, — отвечала я, — я уверена, что они уже направ­ляются домой.

— Бедная миссис ОТрейди, —посочувствовала Мисс Ку. —Думаю, что нам следует пойти наверх и развлечь ее.

Мы поднялись и пошли по коридору: Мисс Ку была впереди, а я замы­кала шествие, шагая точно след в след. Преодолев лестницу, мы миновали верхний коридор — и рванулись вперед, крича от радости, потому что в это мгновение дверь открылась и вошла наша Семья.

В больнице тут же обнаружили рубцы в легких Хозяина; быстро выяс­нилось и то, что он болел туберкулезом, как, впрочем, и множеством других болезней.

— В своей рекомендации я напишу, что считаю целесообразным разре­шить вам выезд, — сказал больничный врач, — ведь с вашим образованием и писательским даром вы станете настоящим сокровищем для Канады.

Прошло еще несколько дней. Наконец Хозяин получил письмо, кото­рое гласило, что он может выехать в Канаду в случае, если подпишет эту бумажку, а также ту, и кроме того прибудет к главному врачу медицинской службы Канады. Хозяина настолько рассердили эти красные флажки, что он едва не порвал эти бумаги; к сожалению (сейчас мы понимаем, что это так), он просто подписал их, пожав плечами.

— А как мы перевезем туда Кошек? — спросила Ма.

— Либо они полетят вместе с нами на самолете, либо НИКТО из нас не поедет в Канаду. Меня БЕСЯТ все эти идиотские Правила! — ответил Хо­зяин.

Несколько дней они обращались в разные авиакомпании, пытаясь най­ти хоть одну, которая разрешит нам лететь вместе с СЕМЬЕЙ, вместо того, чтобы сидеть в темном, неуютном багажном отсеке.

В конце концов «Шведские авиалинии» согласились на это при ус­ловии, что Хозяин и остальные члены Семьи полетят первым классом, оплатят БАГАЖНЫЙ СБОР на Мисс Ку и меня, а также будут сидеть с нами в той части салона, где вокруг будут свободные места.

Поскольку Хозяин ясно дал понять, что он не согласится лететь отдель­но от нас, ему пришлось заплатить полностью ту большую сумму, которую затребовала авиакомпания. После этого ему в голову пришло вот что: мы же полетим прямым рейсом в Нью-Йоркский аэропорт «Айдлуинд» вместо того, чтобы приземлиться в Монреале. Если бы нас взяла на борт авиаком­пания Канады, нам бы не пришлось делать крюк через полстраны; однако рейс «Свиссэйр» был прямым до Нью-Йорка — и выбора у нас не было. Возникал вопрос: шведы возьмут нас в салон для пассажиров, но согласится ли на это американская авиакомпания, рейсом которой мы будем лететь из Нью-Йорка в Детройт?

Хозяин опасался, что, не решив эту проблему сейчас, мы рискуем заст­рять в аэропорту Нью-Йорка, не имея возможности двигаться дальше. Наши проблемы с переездом решал Транспортный Агент в Дублине, и Хозяин потребовал, чтобы он добился однозначного ответа от американс­ких авиалиний, а в случае их согласия — заказал и оплатил билеты первого класса на самолет из Нью-Йорка в Детройт, а также нанял машину, которая перевезет нас через Американо-Канадскую границу в Виндзор, где мы и будем жить.

Агент выполнил поручение и, установив, что авиакомпания в Нью-Йорке согласна разместить нас в пассажирском салоне, оплатил все необхо­димые дорожные расходы.

— Итак, — сказал нам агент, — больше беспокоиться не о чем. Теперь покажите эти квитанции в посольстве Канады, убедите их, что у вас доста­точно средств, чтобы жить в этой стране, пока не найдете работу, — и все. Спасибо за то, что обратились ко мне. Если вы когда-либо решите вернуть­ся, я с удовольствием займусь вашим переездом.

И вновь Хозяин и Ма поехали в Канадское посольство и показали, что все бумаги в порядке.

— У вас есть справка ветеринарного врача о том, что ваши кошки здоровы? — ворчливо спросил угрюмый клерк.

— Да! — ответил Хозяин и достал необходимые бумаги.

Теперь, не имея больше ни одного повода придраться, работники по­сольства подписали необходимые разрешения на въезд в Канаду в качестве «иммигранта, прибывшего на постоянное место жительства». Теперь, вспо­миная это, Хозяин печально шутит:

— Да уж, неплохо мы здесь «осели»!

Тогда же, приготовив все документы, совершенно уставшие Хозяин и Ма вернулись в Гоут.

— Теперь, Кошки, — сообщил Хозяин, — мы уезжаем, и вам придется разместиться в своих корзинках. Однако, как только мы поднимемся в воздух, вы можете выбраться оттуда и сесть рядом с нами. Вам все понятно?

— Все ясно, Хозяин, — ответила Мисс Ку. — Однако помни, что мы безусловно захотим выбраться!

— Не волнуйтесь, вы безусловно сможете покинуть свои корзинки — ведь вы мне обошлись буквально на вес золота! Минуту подумав, он добавил:

— И вы, безусловно, стоите этого.

Мистер Ирландский Ветеринар знал нескольких слепых ирландцев, из­готовлявших корзинки; у них Хозяин заказал корзинки для меня и Мисс Ку. Каждая из них была максимально большого размера, так что нам в них было Просторно. Хозяин посоветовал нам с недельку поспать в этих корзинках, чтобы привыкнуть к ним. Так мы и поступили — и это оказалось очень интересно!

Здоровье Хозяина ухудшалось. По всем законам здравого смысла нам следовало отказаться от переезда в Канаду. Вместо этого Хозяин вновь отправился к Ирландскому Доктору-специалисту, и тот сделал ему что-то, чтобы он мог продержаться.

Хозяину приходилось отдыхать все больше и больше, и я, понимая, что он стар и очень болен, весьма сомневалась в успехе всего предприятия. За свою жизнь Хозяин побывал во многих странах и пережил немало труднос­тей и страданий; теперь все это сказывалось на его здоровье. Мисс Ку и я смотрели за ним, как только могли.

— Как мы будем добираться до Шэннона? — спросила Лютик.

— ТОЛЬКО НЕ на ирландском поезде, — ответил Хозяин. — Тогда нам будет нужно сделать пересадку в Лимерике, а я не чувствую в себе достаточ­но сил для этого. Ты и Ма отправитесь в Дублин и постараетесь договорить­ся, чтобы сюда прислали микроавтобус или что-нибудь вроде этого.

— Мы выедем на день раньше, — сказала Ма, — поскольку перед посадкой в самолет тебе нужно будет денек отдохнуть — да и Кошкам это, не повредит.

И они выехали в Дублин, оставив Мисс Ку и меня сидеть сверху на Хозяине, чтобы он не вставал с кровати. Пока мы ожидали их возвращения, Хозяин рассказывал нам истории о кошках, услышанные им в Тибете.

— Мы обо всем договорились, — вернувшись, сообщила Ма. — Они согласны и пришлют за нами микроавтобус, который обычно используется для туристических экскурсий. Водителем будет человек, который часто ез­дит в Шэннон встречать туристов из Америки.

Теперь почти все было готово. Хозяину нужно было еще раз показаться Ирландскому Доктору-специалисту. Все приготовления велись в строжай­шей тайне, потому что Пресса не давала нам покоя. Я помню, как совсем недавно, когда Хозяин сильно заболел и в первый раз собирался к Доктору-специалисту, его остановил буквально у двери Журналист, который начал задавать ему неподходящие вопросы.

Хозяина всегда поражало: почему журналисты считают, что у них есть некое право свыше задавать свои вопросы. Хозяин называл это «платными сплетнями» и всегда сдерживался, чтобы не сбросить назойливых писак со скалы.

— Эй! Ирландский Кролик! — закричала Мисс Ку откуда-то снизу, со склона скалы. — Кролик! Мы уезжаем, поэтому смотри не уродуй сад в наше отсутствие.

Мистер Ирландский Кролик ничего ей на это не ответил, поэтому Мисс Ку пришлось удовлетвориться страшным сопением в черную дыру норы. Неожиданно она помчалась вверх по откосу.

— Птицы! ПТИЦЫ! — завизжала Мисс Ку. — Мы будем летать так же, как и вы! И мы полетим дальше вас.

— Ш-ш-ш! Тише, Мисс Ку! —упрекнула я ее. — Ведь нас же попросили держать это в секрете, а теперь об этом знают и птицы, и Мистер Ирланд­ский Кролик.

Мисс Ку посмотрела на меня через плечо, и я почувствовала, как она вся напряглась.

— МОГИЛА! Фиф, за мной! Идет Старая Ветеринарная Морда! Мы помчались в дом и через кухню добрались до чулана с углем.

Ф-фу! — поежилась Мисс Ку. — У меня по ушам идут мурашки при одной мысли, что их чистят!

Мисс Ку осторожно выглянула за угол и, убедившись, что горизонт чист, отправилась на разведку. Послышались голоса. Они доносились со стороны лестницы.

— Транквилизаторы, — произнес мистер Ирландский Ветеринар. — Дайте им по одной из этих таблеток перед тем, как садиться в самолет, и они будут мирно отдыхать. Это хорошие специальные транквилизаторы.

Некоторое время было тихо, затем послышался сомневающийся голос Хозяина:

— А как они подействуют на Фиф?

— Безусловно, они не принесут ей вреда — как впрочем, и нам, — ответил мистер Ирландский Ветеринар.

Они прошли в комнату, и все стихло. Естественно, мы не пытались подобраться поближе из опасения, что нас поймают и примутся чистить наши уши. Мистер Ирландский Ветеринар был БОЛЬШИМ специалистом но чистке ушей!

Багаж послали вперед, чтобы погрузить в самолет. Среди прочих вещей в чемоданах была одежда, книги, кое-какое оборудование для фотографии и новая электрическая пишущая машинка, которую Хозяин купил незадол­го до решения о переезде. Ручная кладь была сложена в гостиной; ее было немного, ведь в самолет не разрешают брать много вещей.

Мы с мисс Ку взяли наши персональные Горшки, обширный запас Торфяного Мха (он служил нам вместо земли), а также вполне достаточный запас провизии. МЫ ведь не собирались голодать!

Хозяин сидел и разговаривал с миссис ОТрейди. На крыльце стоял мистер Лофтус; он выглядел очень бледным и озабоченным. Мы с Мисс Ку бродили по дому, кото рому было суждено вскоре опустеть: мы прощались с любимой мебелью. Вскочив на подоконник, Мисс Ку прокричала:

— Прощай, Мистер Кролик! Прощайте, Птицы!

— Автобус подан! — сказала Ма.

Руки быстро разобрали багаж и сложили его в задней части автобуса. Мистер и миссис ОТрейди пытались шутить, чтобы как-то скрасить расста­вание. Старый милый мистер Лофтус грустно стоял рядом, украдкой выти­рая глаза тыльной стороной руки.

Хозяин не спеша осмотрел дом, чтобы убедиться, что ничто не забыто,, затем устало закрыл входную дверь и, вынув ключ, передал его мистеру ОТрейди с тем, чтобы он отправил его Стряпчему, который будет занимать­ся продажей дома. Еще раз пожав руки чете ОТрейди и мистеру Лофтусу, Хозяин развернулся и пошел к автобусу. Щелкнула дверь. Автобус медленно покатился вниз по склону — прочь от оставшихся позади наших лучших в мире друзей. Мы завернули за угол и помчались навстречу новой жизни.

Глава 6